Синий сайт

Всего произведений – 3654

 

Хочу увидеть грифона

  Рейтинг:   / 2
ПлохоОтлично 
Skate Fox
Проза
Оригинальные
Фэнтези
Насилие, Смена сущности, Смерть второстепенного персонажа
гет
12+ (PG-13)
Миди
Дороги судьбы бывают разными. Девушке из нашего мира начинают сниться странные сны: она будто бы проживает жизнь совершенно другого человека в совершенно ином, чуждом ей мире, так не похожем на её собственный. А хочет ли она узнать, что эти сны знач
в процессе написания
Спрашивать автора
Внимание! Очень. Много. Лошадей. И всего конного. Если Вам это не по душе, можете смело пролистывать сие :) Первая оригинальная масштабная работа. Очень рада, что всё-таки решилась. Посмотрим, что из этого выйдет.

       

Глава 1. «Ну что, бандит, добро пожаловать!»

    

Дождь лил с такой силой, будто небеса до этого специально копили влагу несколько месяцев. Обычно высокое, недосягаемое небо сейчас казалось невероятно близким — оно будто нависало всей неимоверной тяжестью над городом. Жители стремились поскорее попасть домой, сбежать от непогоды, так не вовремя разразившейся и спутавшей все планы. Некоторые смогли найти укрытие в ближайших магазинчиках, в последний момент осознав ситуацию и юркнув в открытые двери. Большая часть дорог потонула в бесконечных пробках. Автомобили терялись за стеной лившейся с небес воды. Тем, кто сидел внутри, оставалось только разглядывать размытые всполохи фар и надеяться на исправность собственных «дворников». От них, впрочем, толку было не слишком много.
      В машине играла лёгкая, ненавязчивая мелодия, подкрепляемая приятным женским вокалом — этакая смесь джаза и ещё чего-то, с трудом поддающегося описанию. Собственно, хозяйка небольшого белого хэтчбека лишь частично разбиралась в музыкальных жанрах.
      Она абсолютно не вслушивалась в слова песни. Вместо этого с крайне скучающим видом темноволосая девушка рассматривала очертания домов за стеклом. Можно было даже различить отдельные прямоугольные и квадратные, а иногда и круглые огоньки — окна, в которых горел свет. Так маняще и приветливо для тех, кто остался мокнуть на улице.
      В такие моменты сидевшей за рулём Кате вспоминалось далёкое детство, когда она вот точно так же наблюдала за буйством стихии из салона отцовского автомобиля. В те далёкие времена маленькой мечтательнице безумно нравилось, если дождь был не слишком сильный, и была возможность хоть что-то разглядеть, смотреть за соревнованиями дождевых капелек. Они падали на стекло и отчего-то всё время старались обогнать друг друга. И девочка сначала никак не могла понять, зачем им это было нужно… А потом решила, что, возможно, и дождевым капелькам тоже бывает просто скучно.
      Внезапно справа от Кати, которая снова с головой ушла в воспоминания, заиграла совершенно другая мелодия — пауэр-метал с нотками марша, и совсем необязательно было открывать в себе дар ясновидения или же просто смотреть на ярко загоревшийся экран, чтобы понять, кто звонил.
      — Катюша, а расскажи мне, ты где? — без обиняков «поприветствовали» с того конца линии.
      — И тебе доброго вечера, подруга, — хмыкнула в ответ озадаченная Катюша. — Это ты мне объясни, когда и куда это я успела пропасть, если ты буквально на днях приносила к нам в клинику Тотошку? Плюс утром же только списывались.
      Тотошкой звался небольшой рыжий котик, которого пару лет назад подобрала вышеупомянутая подруга Кати. С тех пор он становился периодическим гостем ветеринаров благодаря некоторой мнительности и беспокойству своей хозяйки. Чаще же всего Тотошка оказывался абсолютно здоров, и, счастливый, отправлялся обратно домой, «высказав» до этого всё своё недовольство и врачам, и той самой заботливой хозяйке.
      — Ну, во-первых, клиника была аж на прошлой неделе — это «раз», а «два»: забыла, что ли, что сегодня приезжает Фунтик?
      — Что? — удивлённо заморгала Катя, которая по-прежнему не могла понять, о чём шла речь.
      — Напоминаю Вашей Забывчивости, что Фунтик, он же Фантом — это конь, и прибывает этот конь ближайшим коневозом сегодня в восемь вечера. Ты должна его встретить: знаешь же, что без тебя этот паршивец даже не выйдет оттуда. Ка-а-ать, я так рада!
      — Так, стой. Я прекрасно знаю, кто такой Фантом, — последовал незамедлительный ответ. — Только, Лен, при чём здесь я? — переспросила так ничего и не сумевшая понять девушка. — Он, что, переезжает на вашу конюшню? Его купили?
      Неподалёку раздался требовательный автомобильный гудок: скорее всего, у кого-то сдавали нервы стоять в пробке, ещё и в подобную погоду. Катя чуть наклонилась, осматриваясь, и вскоре нашла причину чужого нетерпения — один умелец попытался вылезти на своём длинном серебристом седане в другую полосу, «выдавливая» остальных. Впрочем, ему явно не собирались уступать.
      — Не «вашу», а уже, вообще-то, «нашу», — уверенно поправила подругу Лена, тем самым отвлекая её от созерцания дорожной потасовки.
      — Да ты о чём? — Катя не сразу сообразила, что ей продолжали что-то настойчиво вещать по телефону. — Тебе там скучно стало, что ли?
      — Скучно, но речь не об этом. Так, подруга, не пугай меня, — уже более взволнованно откликнулся мобильный аппарат. — Мне сейчас позвонил якобы водитель коневоза. Он сказал, что от Владимира Борисовича, и что они с Фунтом через пару часов будут у нас.
      «Странно», — подумалось Кате.
      Она не помнила, чтобы кто-то договаривался насчёт этого коня — и, в принципе, хоть какого-нибудь коня. И уж тем более о его покупке.
      — А когда это было? — задумчиво переспросила сбитая с толку девушка.
      — Около часа назад.
      Всё ещё пребывая в смятении, Катя перебирала в памяти все последние недели, но результатов это не дало. В конце концов она решила, что, возможно, они с хозяином той конюшни, где стоял Фантом, либо неправильно друг друга поняли в прошлую встречу, либо же он решил сделать Кате неожиданный сюрприз. Подобные поступки были совершенно не в стиле обычно угрюмого, постоянно ворчавшего мужчины, однако это можно было списать на благодарность за помощь, которую оказала конюшне и её владельцу, в частности, Катя не так давно.
      — Ладно, минут через сорок, надеюсь, буду, — решив обдумать все детали потом, сказала она.
      В конце концов, они с Леной обе любили этого коня, так что, возможно, происходящее было не так уж и плохо.
      — Ты там?
      — Разумеется! — раздался из динамика повеселевший голос. — Жду тебя. Вперёд!
      Вздохнув, Катя попрощалась с подругой, сбросила вызов и отложила телефон. Автомобили за всё время разговора не сдвинулись ни на сантиметр, а сидеть в одном положении уже не было никаких сил. Нахмурившись, девушка провела рукой по бедру правой ноги, спустилась к голени в бесплодной попытке хоть немного размять затёкшие мышцы. Ничего, к счастью, уже давно не болело — подобные жесты просто вошли в привычку. Однако, казалось, от старой, оставшейся в прошлом травмы Катя не оправилась до сих пор. И это являлось той самой причиной, по которой ей не хотелось ни возвращаться на конюшню, ни брать на себя ответственность за кого-либо ещё.
      «Один раз я уже попыталась».


***


      Конно-спортивная школа «Пассаж» находилась в нескольких километрах от черты города, в окружении лесистых холмов и зелёных полей, в тёплое время года усыпанных цветами. Ехать к ней приходилось достаточно долго, зато там можно было отдохнуть от городской суеты и спёртого воздуха. Принадлежала школа наставнику Кати — в прошлом олимпийскому чемпиону. Ныне он оставил спорт из-за травмы, так что иногда просил ученицу подрабатывать его жеребца, к которому был привязан. Многие уговаривали бывшего спортсмена продать тёмно-гнедого Арлекина, но он понимал, что не смог бы этого сделать.
      Пока Катя добиралась до «Пассажа», дождь успел утихнуть. Мотор чуть слышно гудел, колёса тихо шуршали по мокрому асфальту, по салону лилась неторопливая, приятная мелодия. Вот уже показалась красновато-коричневая черепичная крыша главного здания, следом за ней — кремовые кирпичные колонны с тёмными участками ограды между ними. Ворота были открыты, и автомобиль въехал на территорию школы. Катя оставила машину на парковке и отправилась на поиски не отвечавшей на звонки подруги.
      — Ты почему трубку не берёшь? — донеслось до стоявшей возле входа в конюшню Лены.
      Задумавшаяся было девушка повернула голову и улыбнулась:
      — О, привет! Ну наконец-то. Прости, телефон остался в раздевалке, а мне нужно было Рубика намазать.
      — Как у него дела? — спросила Катя, памятуя о проблемах с копытами вышеупомянутого рыжего Рубина.
      — Уже почти замечательно, — тепло ответила Лена. — Скоро будем как новенькие.
      Подруги направились в сторону главного корпуса — забрать телефон. Времени ещё немного оставалось, так что они надеялись успеть попить чая.
      — Кстати, Сергей Андреевич тебе ещё не звонил? — вдруг как-то серьёзно задала вопрос Лена, и подобное внезапное упоминание наставника сразу заставило Катю насторожиться.
      — Нет, — пожала она плечами, наблюдая за подругой, и уточнила, слегка прищурившись: — А должен был?
      Казалось, та на секунду задумалась, а потом махнула рукой и ответила:
      — Да я ему уже рассказала про Фантома, так что не парься. Кстати, стоять он будет бесплатно: Сергей Андреевич сказал, что, раз ты не хочешь брать деньги за занятия с Арлекином, то у него хоть так тебя отблагодарить получится.
      — Да что я там занимаюсь? — удивилась Катя.
      Затем она резко вырвалась вперёд и, развернувшись, перегородила подруге дорогу.
      — Так, колись давай, в чём дело. Не отвертишься, — сложив руки на груди, пригрозила Катя начавшей было отпираться Лене. — Ты же знаешь, что меня тебе не провести.
      Открывшая было рот девушка, видимо, собиралась продолжить свою пылкую речь, но затем передумала и, замявшись, проговорила:
      — Вообще-то, он сам хотел с тобой поговорить, но раз уж так вышло…
      Катя внимала, не перебивая. Она сразу заметила, что подруга была с ней не до конца откровенна, и это интриговало и удручало одновременно. А Лена, осознав, наконец, что выбора ей не оставили, вздохнула и сказала:
      — Он хочет попросить тебя поехать на турнир на Арлекине. Сказал, что больше на него никого другого не посадит.
      Катя чуть слышно застонала и страдальчески посмотрела на неё.
      — Он снова за своё. Я же сказала, что не хочу иметь больше ничего общего ни с какими соревнованиями. Не хочется больше работать так, как работала — это не по мне.
      — Наш многоуважаемый босс так не считает, — развела руками Лена.
      — Он просто не хочет признавать очевидного, — устало отрезала девушка, которой попытки вернуть её в спорт уже порядком надоели.
      — Может, и так, — пожала плечами её подруга. — Но его ты не сможешь переубедить.
      — Ладно. Пока мы тут с тобой стоим, время идёт. Хорошо хоть дождь закончился, — хмыкнула Катя.
      Развернувшись, она зашагала по вымощенной фигурной рыжеватой плиткой тропинке.
      Немного позднее послышался тихий шорох шин по асфальту, и небольшой серебристый коневоз проехал по территории школы, останавливаясь настолько близко к конюшенному корпусу, насколько возможно. Девушки, которые уже ожидали его прибытие, успели согреться чаем и теперь шли навстречу водителю. Тот покинул кабину и начал открывать задний отсек, из которого предстояло вывести лошадь.
      — Добрый вечер, дамы. Рад вас видеть, — устало улыбнулся высокий темноволосый мужчина, показавшийся Кате смутно знакомым. — Казакова Екатерина Сергеевна?
      Дождавшись утвердительного кивка, он добавил:
      — Карета прибыла на место назначения.
      Они обменялись приветствиями и направились выгружать Фантома. Оказалось, что, действительно, все трое встречались раньше, когда подруги приезжали на старое место жительства вышеупомянутого коня.
      — Как он перенёс дорогу?
      — Не переживайте — всё отлично.
      Со стороны коневоза донеслось нервное фырканье. Катя обошла транспортное средство и заглянула внутрь, вылавливая из полумрака силуэт довольно высокого, крепкого светло-серого коня. Животное повернуло голову на звук шагов и навострило уши, глядя на подошедших девушек. Вдруг Катя явно ощутила напряжение и недоверие — она почувствовала то, что беспокоило Фантома.
      Это была врождённая особенность — знать и понимать, что тревожит животных, и испытывать те же чувства и эмоции, что и они. И для этого не требовалось никаких специальных знаний и умений — всё происходило само собой. Таких людей, насколько было известно Кате, называли эмпатами. Её дедушка в своё время много рассказывал тогда ещё маленькой девочке о подобных явлениях. Также он утверждал, что существовали и другие способности, и что таких людей было много: крошечные волшебные лучики — всё, что осталось миру, практически лишившемуся веры в чудеса. Пожилой мужчина, который всегда встречал любимую внучку с улыбкой и лукавыми искорками в выцветших от времени глазах, говорил, что у многих можно было раскрыть подобные особенности. Просто люди всё меньше и меньше стали прислушиваться к себе, меняя мечты на высокое социальное положение и деньги.
      Сейчас, глядя на настороженного коня, Катя осознала, как скучала по нему и ощутила почти забытое ощущение единения, которое давала эмпатия. Не целенаправленная, к которой она иногда прибегала, а полноценная — стихийная, возникавшая сама собой. Это чувство сначала будто взорвалось внутри вспышкой, а после разлилось приятным теплом. Что бы ни послужило причиной приезда Фунтика в «Пассаж», возможно, это было даже неплохо… А с остальным они обязательно разберутся.
      — Ну что, бандит, добро пожаловать. Твой денник с большой личной левадой ждёт, — с лёгкой улыбкой произнесла немного повеселевшая девушка, стараясь передать положительный заряд энергии Фантому, и почувствовала, как тот откликнулся.

***

 

По длинному коридору, погружённому в полумрак, шли трое людей. По крайней мере, ей так казалось. Звуки шагов эхом разносились по помещению, и это было единственным, что нарушало тишину — никто до сих пор не произнёс ни слова. Ей были видны только спины идущих впереди двух мужчин. Они шли рядом, плечом к плечу, и ни разу никто из них даже не обернулся.

Она не могла сказать, сколько продолжался этот путь, но в один момент всё вокруг озарилось странным, словно неземным светом… И взору предстали размытые очертания какого-то помещения. Она не взялась бы сказать даже его точный размер.

— Добро пожаловать, Ви. Мы давно тебя ждём.

Ждали? Но зачем? И кого?

Яркая вспышка больно ударила по глазам, и Катя распахнула веки. Оглядевшись, она поняла, что по-прежнему находилась у себя дома, в своей постели. За окном снова лил дождь, и можно было различить всполохи молний вдалеке.

 

    

Глава 2. «В янтарной глубине мерцают голубые искорки»

    

С момента приезда Фантома на конюшню прошёл месяц. Он уже вполне себе освоился на новом месте, и Кате оставалось всячески способствовать его воспитанию. Они занимались настолько часто, насколько новоиспечённой хозяйке коня позволяла её работа. Достаточно загруженная девушка старалась уделять время своему питомцу, ибо понимала всю необходимость таких тренировок. Лена же не могла нарадоваться тому, что Катя теперь гораздо чаще появлялась на конюшне, чем раньше: всё стало почти как в старые добрые времена, когда совсем ещё юные девочки только начинали заниматься.

— Мы же завтра утром встречаемся, да? — по голосу Лены всегда можно было точно угадать её эмоции, которые та редко могла скрыть.

— Конечно, — вздохнула её уставшая после долгого и плодотворного трудового дня подруга. — Значала заеду помыть машину, а потом — сразу на конюшню. Как раз после кормёжки пройдёт достаточно времени.

— Ага. Жду не дождусь, когда мы сможем полноценно в поля сгонять, — мечтательно протянули в телефоне.

— Обязательно поедем, — усмехнулась Катя и доверительно добавила: — Представляешь, поймала себя сегодня на том, что снова стала проводить уйму времени на конных сайтах. Уже успела выбрать ему красивый красный комплектик — подойти должно шикарно, — мечтательно поделилась она.

Лена уже давно обратила внимание, что её подруга почти никогда не называла Фантома по имени, обходясь лишь местоимениями. Однако это было так органично, произносилось как-то по-особенному, тепло и привычно, что быстро стало нормой.

— А комплектик покажешь, — безапелляционно заявила Лена. — Не сомневаюсь, что он будет смотреться на Фунте великолепно.

— Да куда же я денусь? — хмыкнула Катя. — Просто удивительно, как же быстро я снова к этому привыкаю, — продолжила она, имея в виду не что-то конкретное, а, скорее, всю свою «конную» жизнь.

— Я рада, что вы теперь вместе, — просто ответила Лена, и была в этих словах какая-то странная теплота. — Правда.

«Она всегда хотела, чтобы я вернулась», — мысленно усмехнулась Катя.

— Я тоже, — улыбнулась она. — Прямо сейчас и скину — заходи давай. Ты ведь, надеюсь, на интернет себе деньги уже положила?

***

Вспышка света, и вот уже перед её взором образовался длинный коридор. Похожий на тот, который она смутно помнит по предыдущему разу, однако, всё же, другой. Шаги гулким эхом разносятся в абсолютной тишине, тусклый свет падает из небольших окошек у самого сводчатого потолка, теряющегося во мраке.

«Что это за место?» — в очередной раз спрашивает она себя.

Однако ответа не находится.

— Прошу прощения, конечно, но я совершенно запуталась, — слышит она голос словно сквозь густую пелену тумана. — Где мы находимся?

Это она сказала, или же кто-то другой?..

Один из шедших чуть впереди мужчин оборачивается, и ей, в неверном свете одинокого факела, примостившегося на стене, удаётся рассмотреть обширный уродливый рубец на его левой щеке. Большего в полумраке коридора было не разглядеть.

— Со временем ты всё узнаешь, Ви, — раздаётся глубокий хрипловатый голос.

Почему она так убеждена в том, что губы повернувшегося мужчины даже не шевельнулись? Может же ей просто почудиться? Ответа на это она пока дать не могла.

— Мне нужно знать это сейчас, — настаивает она (или же не она?), уверенно глядя в глаза, которых почти не может различить.

— Всему своё время, — упрямо повторяет он и отворачивается.

Она уже хочет прибавить шаг, дабы нагнать своих спутников и заставить их хоть немного пролить свет на сложившуюся ситуацию, но в последний момент лишь замедляет темп: довольно узкий коридор расширяется впереди, мрачные каменные стены сменяются высокими колоннами, и по бокам взору открываются тёмные галереи. Кажется ей, или там, и правда, мерещится какое-то движение?

— Послушайте…

Она замолкает на полуслове, услышав утробный рык. Её сопровождающие останавливаются возле арки, ведущей в одну из галерей. Внезапно она вздрагивает: в темноте загораются большие золотистые глаза, словно подсвеченные изнутри. В янтарной глубине мерцают голубые искорки.

«Да разве такое бывает?!» — чьи же это мысли, всё-таки?

Не прекращая порыкивать, существо приближается, и она отшатывается…

Катя подскочила на кровати и, распахнув глаза, всмотрелась в окружающую тьму. Тишину нарушало лишь её сбившееся дыхание.

— Да что же это такое?.. — пробормотала ничего не понимающая девушка в пустоту.

Со вздохом откинувшись назад на постель, она задумалась. Понимая, что уснуть уже не получится, Катя перекатилась к краю кровати, приподнялась на руках и села, осторожно спуская ноги на пол в поисках любимых мягких тапочек.

В полной темноте, наощупь Катя добралась до кухни и щёлкнула выключателем — комнату тут же озарил мягкий желтоватый свет. Хоть он и не резал глаза, успевшая привыкнуть к темноте девушка зажмурилась, отчего в глазах заплясали цветные огоньки. Но это длилось недолго, и вскоре уже по помещению разносился умиротворяющий шум закипавшего чайника. Катя присела на стул, оперлась локтями на стол, спрятала лицо в ладонях и вздохнула: она не понимала, что с ней происходит.

«Что мне теперь делать?» — в голове мелькнула тревожная мысль: проблемы со сном — это не шутки, а сбивать с огромным трудом выстроенный режим и пить препараты не хотелось. Катя понимала, что лекарствами она свою проблему не уберёт — что-то подсказывало ей, что всё гораздо глубже и сложнее.

А началось это с того самого момента, как Фантом появился на конюшне. Именно тогда позабытая было эмпатия пробудилась с новой силой: уже давно чужие эмоции и чувства не накатывали на Катю с такой силой. Возникало стойкое чувство, что странные сны тесно связаны с этим. И тревожило больше всего то, что повторялось это каждую ночь.

В любом случае, совершенно невыспавшаяся девушка намеревалась выпить чая с мятой и попробовать уснуть ещё раз. Она надеялась, что любимый горячий напиток поможет ей успокоиться и вернуть самообладание. Сейчас же, обхватив руками тёплую керамическую кружку с затейливым узором, Катя смотрела в окно и терялась в собственных мыслях. Гроза утихла, и даже ветер, казалось, отступил, оставляя в покое многострадальные ветви деревьев. Только вот одиноко сидевшая на своей кухне девушка не была уверена, что ей будет так же легко обуздать свою бурю, разыгравшуюся внутри.

Однако, как бы Катя ни надеялась выспаться и встретиться с Леной бодрой и отдохнувшей, этим планам, увы, не суждено было сбыться. Её разбудил звонок в дверь. Катя посмотрела на яркое табло электронных часов, примостившихся на небольшой тумбочке у изголовья кровати — было только пять утра, на минуточку. Чуть слышно выругавшись из-за того, что ещё как минимум полтора часа отдыха, похоже, оказались окончательно потеряны, она накинула халат, снова нащупала в темноте тапочки и отправилась посмотреть на того, кто посмел лишить её остатков драгоценного сна. Катя подошла к входу в квартиру и прислушалась — за дверью не было слышно ни звука. Тогда пришлось аккуратно посмотреть в глазок…

***

— Эй, мать, что стряслось? — вместо приветствия спросила Лена у появившейся в раздевалке девушки.

Катя неспешно прошла к небольшому коричневому диванчику, примостившемуся у дальней стены. Тяжело опустившись на него, она откинулась на спинку и, вздохнув с явным облегчением, скосила глаза на подругу.

— И тебе привет, — и обречённо осведомилась: — Что, так заметно?

— Та-ак, — протянула Лена, откладывая подальше кожаный ботинок, который до этого тщательно начищала щёткой. — А ну-ка, выкладывай.

Если бы это был кто-то другой, а не лучшая подруга, с которой, можно сказать, они прошли вместе и огонь, и воду, Катя бы ни за что не стала откровенничать. Она и Лену-то не хотела беспокоить, уверенно полагая, что проблема того не стоила… Но возникала ма-а-аленькая такая загвоздочка — девушки знали друг друга настолько хорошо, что не могли скрыть одна от другой то, что лежало на душе и лишало покоя. Так что Катя, отведя взгляд на пару секунд, задумалась, как можно было начать.

— Чего это вы тут обсуждаете? — раздался ещё один голос, и в комнате появилась молодая брюнетка, которая сразу же с интересом посмотрела на подруг.

Катя с трудом подавила тяжёлый вздох: ей не хотелось сейчас спорить с Региной, которая, в своё время, неоднократно пыталась подставить их с Леной. В результате это едва не закончилось проблемами со здоровьем их лошадей. Регина ушла с той конюшни, но судьба бывает штукой достаточно коварной, и она распорядилась так, что они встретились и здесь.

— Тебя, разумеется, — тут же фыркнула Лена, не обращая внимания на предостерегающий взгляд Кати сбоку.

— Разумеется, — в той же манере ответила недовольная девушка и, пройдя к окну, взяла лежавший на подоконнике хлыст. После она направилась к выходу, попутно застёгивая лёгкую куртку, накинутую поверх тренировочного поло.

— Давай без этих осуждающих взглядов, ладно?

— Я тоже не люблю её, ты же знаешь, — воззрилась Катя на вновь повернувшуюся к ней подругу и спросила, изогнув бровь: — Да, это далеко не самый приятный человек в нашей жизни, но огрызаться-то зачем? И да, я прекрасно помню, сколько проблем с лошадьми было из-за неё в прошлом.

Лена привычно отмахнулась, показывая, что не была намерена менять свою точку зрения в отношении данной личности. Катя могла её понять: подруги были научены горьким опытом общения с ней с самого момента их знакомства — не для всех существует понятие элементарной совести.

Лена повела плечом и напомнила:

— Так что там у тебя произошло?

Катя сощурилась, раздумывая, стоило ли продолжать в очередной раз пытаться уговаривать подругу не идти на открытый конфликт с каждым неприятным для неё человеком. Наконец, она решила пока отложить этот разговор и, не тратя время на бессмысленные препирательства, снова протяжно вздохнула, собираясь с мыслями.

— Казакова, давай. Не тяни.

Катя отвернулась, упираясь взглядом в противоположную стенку. Там висела картина, на которой было изображено бескрайнее поле и стоявшая на свечке тёмно-гнедая лошадь. Зелёная трава под мощными копытами пестрела цветами и словно бы переливалась в невидимых солнечных лучах, а за спиной грациозного животного взмывал в небо птичий клин.

— Он снова приехал, — раздалось в тишине комнаты.

 

    

Глава 3. «Мы ещё не готовы»

    

— Казакова, да что с тобой случилось? — в непонимании развёл руками невысокий темноволосый мужчина средних лет, наблюдая за прыжковой тренировкой. — Ты совсем не стараешься!

Катя не ответила, чуть скосив глаза на говорившего, и сосредоточилась на темпах галопа, поворачивая разгорячённого Арлекина на подход к новому барьеру. Крепкие копыта коня отбивали чёткий ритм, тренированные мышцы слаженно работали под тёмной, лоснящейся шкурой, пока тот двигался по намеченной траектории, однако…

— Что?!

Раздосадованная всадница увела животное в сторону от препятствия под удивлённое восклицание тренера.

— Когда он у тебя закидывался-то в последний раз, вообще?

— Простите.

Окончательно переведя Арлекина из галопа в рысь, Катя повернулась к своему наставнику.

— Сегодня явно не наш день, — и, замявшись на пару секунд, закончила свою мысль: — Я же Вам говорила, что отправлять нас с Орликом на соревнования — не лучшая идея.

— Дело совершенно не в этом, — пробурчал Беломорский, сложил руки на груди и посмотрел исподлобья на пару: он явно остался недоволен всем увиденным. — Прошагните пока. Это ты сегодня не форме, а конь просто всё чувствует. И тебе это прекрасно известно.

— Ну Сергей Андреевич…

Подъехав к хмурому наставнику, Катя с мольбой во взгляде посмотрела на него и сказала:

— Я не хочу в этом участвовать.

Тот на это лишь вздохнул и опустил глаза, не размыкая сцепленных на собственных локтях пальцев.

— Возьмите маленький чухонец¹ и отшагивайтесь — поговорим после.

С этими словами Сергей Андреевич развернулся и, не глядя на Катю с Арлекином, направился к выходу с манежа. По отстранённому взгляду трудно было сказать, куда увели его собственные мысли. Однако о том, что они отнюдь не отличались оптимизмом, можно было догадаться безо всяких сомнений.

Кате понадобилось около двадцати минут, чтобы закончить тренировку. После всех необходимых манипуляций она отдала Арлекина конюху отправилась в кабинет Беломорского: нужно было многое обсудить. Вскоре она уже сидела напротив тренера и готовилась к, наверно, одному из самых трудных разговор в жизни.

Солнечный зайчик весело плясал по широкой деревянной поверхности тёмного резного стола, периодически перескакивая на подставку для канцелярских принадлежностей. Подобная игра света всегда завораживала.

— Катя, что с тобой происходит? — прямо спросил Сергей Андреевич, не сводя глаз со своей ученицы, которая сейчас сидела напротив него.

Беломорский Сергей Андреевич являлся главой «Пассажа», его основателем. Бывший спортсмен и олимпийский чемпион, который знал истинный потенциал собственной воспитанницы. Однако она хотела несколько другого, но пока так и не сумела донести до наставника главную мысль — их стремления можно было объединить и развить.

В помещении, стены которого покрывали кремовые обои с ненавязчивым, изысканным узором, всегда царила умиротворённая атмосфера. Тут и там в аккуратных резных рамках висели фотографии, на которых были запечатлены разные моменты конной жизни. Из окна по левую руку хмурившегося мужчины сквозь задвинутые занавески пробивался солнечный свет — солнце уже медленно начинало свой путь к горизонту.

Все мысли Беломорского занимала лишь одна вещь: он не мог взять в толк, что за странные перемены произошли с его всегда собранной и уверенной в себе ученицей, которая вдруг растеряла эти качества и не сумела элементарно сосредоточиться на тренировке. Подобного не случалось уже довольно давно: Кате удавалось, снова связавшись с лошадьми, возвратить себе часть былой формы.

— Поймите же, прошу Вас, — устало выдохнула Казакова.

Она подняла взгляд на собеседника и заглянула тому в глаза.

— Я просто не могу участвовать в этом чемпионате.

Сергей Андреевич лишь спрятал лицо в ладонях и вздохнул, медленно выпуская воздух через нос. Затем он потёр глаза пальцами и, чуть опустив руки, оперся на них подбородком. Беломорский немного помолчал, жалобно посмотрел на Катю и вопросил:

— Ты можешь, наконец, объяснить мне, что случилось? Я ничегошеньки не понял.

В подкрепление своих слов он отрицательно покачал головой, всё также облокотившись подбородком на собственные ладони.

Катя резко выдохнула и опустила взгляд на свои руки, лежащие на коленях: она не знала, что следовало сказать. Запутавшаяся и уставшая девушка не находила слов для объяснения вещей, которые с завидным упорством продолжали происходить с ней.

— Я сама не до конца понимаю.

Катя решила говорить настолько откровенно, насколько, как она считала, было возможным.

— Но одно знаю точно — я не хочу ехать на этот турнир.

Сергей Андреевич не произнёс ни слова. Лишь отвёл взгляд в сторону.

— Очень жаль, — раздалось в тишине комнаты. — У вас с Арлекином есть все шансы победить, — помедлив пару секунд, он повернулся и добавил: — А как же Фантом?

— Фантом? — удивилась Катя, не до конца понимая, о чём идёт речь.

— Насколько мне известно, ты хотела выступить на нём. Без железа. Я вполне мог бы договориться о вашем выходе вне зачёта.

— Мы ещё не готовы, — практически шёпотом ответила притихшая девушка — она чувствовала себя всё также отвратительно, однако что-то будто мешало ей согласиться на выступление. — Работы ещё очень много.

— Как знаешь, — раздосадованно сказал Беломорский.

Сощурившись, он вновь уткнулся взглядом в ближайшую стену.

— Я не могу принуждать тебя.

— Ну что там? — подскочила Лена, едва Катя появилась на пороге раздевалки — казалось, что минуло гораздо больше, чем полчаса, после того как она увела Арлекина с манежа.

Ушедшая же в свои мысли девушка прошла к дивану, не глядя на взволнованную подругу, и обессиленно опустилась на него. Потерянный взгляд был по-прежнему устремлён в пустоту.

— Катюша, что случилось?!

Та едва почувствовала, как мягкая сидушка прогнулась под чужим весом совсем рядом.

— Казакова!

— А? Что?..

Словно очнувшись, Катя моргнула и повернулась к нетерпеливо ёрзавшей подруге.

— Ну и?

Лена скрестила руки на груди и выжидающе посмотрела на притихшую собеседницу.

— Я не поеду на турнир. Ни с кем, — прозвучало после паузы.

— Он тебя выгнал, что ли? — глаза вопросившей девушки в неверии расширились. — Быть не может.

— Да нет же, — ответила Катя, мотнув головой. — Я…

— Ты сама отказалась, да? — вздохнув, подсказала Лена.

Утвердительный кивок послужил исчерпывающим ответом.

— Чувствую себя предателем. Но ничего не могу с собой поделать.

На несколько секунд в помещении снова воцарилось молчание. Затем Катя улыбнулась подруге и добавила:

— Вас с Рубином, естественно, не брошу, но сама выступать не буду.

— Что же нам с тобой делать-то?..

В коридоре послышались приближающиеся шаги, и незабвенная скандальная особа обозначилась в дверном проёме, с некоторым торжеством глядя на Катю.

— Что, Казакова, опозорилась, да? — усмехнулась она, проходя вглубь комнаты. — С жиру бесишься просто: привыкла на тренерских лошадях разъезжать.

— Не надо.

Катя сжала предплечье подруги, по одним глазам той понимая, что новая ссора была очень близко, и предложила:

— Регин, а давай ты пойдёшь своими делами заниматься, ладно? Не до тебя сейчас.

Она с трудом сдерживалась, чтобы ничего не сказать в ответ на колкость.

— Да очень надо, — фыркнула Регина, снимая куртку. — Может, хотя бы теперь Арлекин к нормальному всаднику попадёт. С вами-то работать бесполезно, а Беломорский вас просто жалеет.

Каким чудом Кате удалось остановить Лену, которая была возмущена до глубины души, и не поддаться на провокацию самой, для неё осталось загадкой. Наверно, спасало лишь осознание того, что Регине как раз и была нужна более эмоциональная реакция.

***

Что-то было не так — она это чувствовала. Девушка — предположительно та же, кого называли странным именем Ви в прошлом сне Кати — пробиралась сквозь густую чащу с явно известной ей целью, вот только цель эта самой Кате была неведома. Вокруг, словно сойдя со страниц сомнительной книги-ужастика, нависали кривые ветви таких же скрюченных в три погибели деревьев. Что девушка хотела здесь найти? Она не убегала — нет. И вот как раз это и настораживало, как ни странно, более остального.

Сквозь зазоры меж тёмных тонких веток пробивалось неяркое утреннее солнце. Оно светило совсем слабо, будто с неохотой, и почти не грело. Катя не чувствовала этого, но точно знала. Словно они с неизвестной путешественницей, взаправду, могли оказаться связаны. Вот только чем и для чего, и что общего могло быть у них? Родство? Или же у двух потерянных девушек была общая неведомая цель? На эти вопросы у Кати пока что не было ответов.

Рядом хрустнула ветка, и девушка повернула голову, дабы увидеть причину шума — ей оказалась всего лишь маленькая белочка, которая ловко спрыгнула с дерева и побежала по своим делам. Немного расслабившаяся путница направилась дальше. Она уверенно шагала по едва различимой тропинке, спрятавшейся в опавшей пожухлой листве.

— С добрым утром, красавица!

Резко обернувшись, она упёрлась взглядом в молодого юношу, который с улыбкой и явным интересом рассматривал незнакомку.

— И Вам всего доброго, — ответствовала та, чуть качнув головой в знак приветствия.

Небесно-голубые глаза сверкнули в пробивавшихся через полог ветвей солнечных лучах, а по коротким тёмно-шоколадным волосам словно прошлись рыжеватые всполохи пламени.

— Позвольте полюбопытствовать, что столь юная и прекрасная особа делает одна в чаще этого весьма негостеприимного леса?

Шатен мягко улыбнулся, непринуждённым движением руки убирая с глаз непослушную чёлку.

«А позвольте мне узнать, что настолько низкорослый, довольно худой и, на первый взгляд, не особо сильный парень делает в этой самой холодной и негостеприимной чаще? Да ещё в одной лёгкой рубашечке и босиком», — пронеслось в голове у озадаченной девушки.

— А ему есть, чего бояться? — усмехнулся юноша, заложив руки за спину.

«Телепат?! Неужели?.. »

— Адвэн² к Вашим услугам, миледи, — отвесил шутливый поклон по-прежнему ухмылявшийся парень. — Ваши догадки абсолютно верны.

На несколько секунд между ними воцарилась тягучая как патока тишина. Её нарушал лишь шелест немногочисленных листьев, которые в любой момент готовы были сорваться на чуть потрескавшуюся землю.

«Вот как», — подумалось девушке.

Только эта мысль проскочила в будто бы затуманенном сознании, тонкие губы Адвэна снова изогнулись в кривой улыбке, от которой на левой щеке у него проступила ямочка. В другой ситуации это даже могло бы показаться милым…

— Вы ждали меня? — постаравшись оградить собственный разум от чужого присутствия, спросила девушка, и голос её прозвучал довольно напряжённо.

— Более того, Ви, — начал Адвэн, явно наслаждаясь смятением своей собеседницы, — я даже знаю, зачем Вы посетили мою скромную обитель.

Отбросив все посторонние мысли и предрассудки, она собралась с духом и уверенно посмотрела в самодовольно поблёскивающие голубые глаза. Они казались неестественно светлыми и особенно контрастировали с окружающим двух собеседников мрачным антуражем.

— Вы сможете мне помочь? — без лишних расшаркиваний спросила Ви, которой уже порядком надоели подобные игры в «кошки-мышки».

— Это будет зависеть от того, что Вы выберете, миледи, — непринуждённо ответил Адвэн, будто речь шла о каком-то пустяке. — Должен отметить, то, что Вы не боитесь ни меня, ни моего незатейливого жилища, мне даже льстит. Однако Вы боитесь, — сделав упор на последнем слове, уверенно заключил он, и от холодного взгляда Катя поёжилась.

— Чего Вы хотите? — напрямую осведомилась Ви.

Её странный собеседник снова ухмыльнулся и приготовился ответить, растягивая паузу: он явно наслаждался собственным превосходством.

Громкий мелодичный перезвон прорезал неподвижный воздух, и Катя подскочила от неожиданности, нервно подрагивая. Повернув голову в сторону предположительного источника звука, она несколько раз моргнула и лишь потом осознала, где находится и тот факт, что вокруг стоит кромешная тьма: очертания комнаты с трудом угадывались в ночном мраке.

«Странно, почему фонари не работают?» — проскользнула в ещё дремавшее сознание одинокая мысль, которую тут же прогнал прочь новый дверной звонок: кто-то настойчиво старался разбудить хозяйку квартиры. Вслед за повторившимся неприятным для расслабленного слуха звуком последовал требовательный стук в дверь.

— Я знаю, что ты там. Выходи: нам нужно поговорить! — послышалось приглушённое требование.

«Никого нет дома», — нахмурилась Катя, возвращаясь в горизонтальное положение. — «Нам не о чем разговаривать».

***

Ложка неторопливо двигалась в кружке с ароматным свежезаваренным чаем, отзываясь мерным, звонким постукиванием. Мягкий солнечный свет заливал комнату и, проникая в помещение сквозь лёгкие светло-жёлтые занавески. Он непринуждённо гулял по снежно-белой скатерти, которая волнами ниспадала с большого круглого стола. Ткань украшали изящные редкие цветы с овальными персиковыми лепестками и аккуратным обрамлением из зелёных листочков, по поверхности которых так любили прыгать туда-сюда солнечные зайчики, повинуясь движениям ветвей деревьев за окном.

— А я тебе говорю, что мешать нужно в обратную сторону.

— Так, Казакова, давай-ка мы, для начала, разберёмся с основной проблемой, а потом уже вернёмся к ложке, хорошо?

— Как скажешь.

Тихий, но утомлённый вздох прозвучал неожиданно громко в наступившем безмолвии.

— Но я, честно, не представляю, что тут ещё можно обсуждать — я не собираюсь с ним общаться.

— Тип он, конечно, очень неприятный — тут полностью согласна, — хмыкнула Лена, откидываясь на мягкую спинку стула. — Но, всё ж таки, твой родной дядя.

— Которого я не видела с того самого случая, когда они с папой поругались, — парировала Катя, хмуро глядя в окно. — А это — лет десять, не меньше. И все эти годы он ясно давал понять, что не нуждается в семье. И сейчас ничего не изменилось.

— А он тебе лично сказал, что интересуется лишь квартирой? На которую, согласна, никаких прав не имеет.

— Почему ты защищаешь его? — озадачено повернулась к подруге Казакова. — Сколько тебя знаю, не замечала такого.

— И ничего не защищаю, — почти обиделась Лена.

Она потянулась за кружкой с остывшим чаем, и, не давая своей упрямой собеседнице опровергнуть сей факт, добавила:

— Просто вы, какая-никакая, а семья.

Катя уже хотела возразить, напомнив ещё раз об их недавней «трогательной» встрече спустя многие годы, но заметила погрустневший взгляд подруги и прикусила язык: как бы Лена ни крепилась, а пропажа любимого брата стала для неё тяжёлым ударом, что более чем давал о себе знать до сих пор. Она стала ещё рьяней отстаивать вопрос семьи практически в любых разговорах, и Казакова её понимала. Однако более всего пугал тот факт, что подруга отказалась продолжать их собственные поиски, которые дружные девушки вели ещё какое-то время назад.

«Это бессмысленно», — от той фразы Лены, вкупе с потерянным взглядом, в котором подозрительно сквозили отчаяние и смирение, Кате до сих пор было не по себе.

— Давай обсудим принадлежность к родственникам этого исключительно неприятного человека по дороге на конюшню, м? У меня сегодня выходноой.

Заискивающей улыбке лучшей подруги Лена противиться практически не могла.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

[1] Чухонец — высотное препятствие в виде жердевого забора. Жерди закреплены на двух стойках.
[2] Advena (в латинском исходнике) — «незнакомец».

e-max.it: your social media marketing partner

Добавить комментарий

Уважаемые комментаторы!

Просим придерживаться правил цивилизованного общения, то есть:

- не переходить на личности, обсуждать текст и персонажей, а не автора/читателя;

- не изображать из себя «звезду» во избежание конфуза;

- не советовать членам администрации сайта, как им выполнять свою работу;

- отдельно — избегать оскорблять гипотетических читателей, членов администрации, сайт, авторов;

- прислушиваться к словам модератора: он приходит, когда есть весомая причина.

Комментарии   

 
+1 # Thinnad 10.06.2019 19:57
День добрый автор.
Простите, я не дочитал дальше первой главы, потому судить обо всём произведении не могу.
Но будет нечестным, если я не отмечу, что помешало мне прочесть выложенный отрывок полностью.

Заинтересовало, прежде всего, название. Жанр «фэнтези» подтвердил, что грифоны будут, скорее всего, настоящими. А потом…

Есть такая классическая фишка у многих авторов - они словно боятся потревожить читателя. Вступают постепеееенно, сонно, статично. В кино в это время хотя бы буквы по экрану бегут или закадровый голос проговаривает пару фраз вступления, а сразу после ударяет контрастным событием.
У вас же всю главу персонажи разговаривают. Они пересказывают события и проговаривают вещи, которые, по идее должны знать. Например, Лена объясняет Кате, как зовут коня, хотя Катя отлично этого коня знает.
Они говорят, потом снова говорят, потом сменяется локация, и персонажи снова говорят.
Незнакомые мне люди пытаются ввести меня в курс событий, которые мне не интересны.
Я о них вообще не переживаю, я не могу сочувствовать героям - потому что они себя не проявляют и я их пока не люблю. Им ничего не угрожает и не манит.
Словно кусок сериала в цирюльне посмотрел - без начала, без конца, с плохо играющими актёрами и минимумом действий.
Иначе говоря, мне было дьявольски скучно это наблюдать.

Попробуйте заставить ваших персонажей хоть немного шевелиться.

Немного «дорожных» заметок.
Первые пара абзацев важны не только в рамках 1 главы, но и в рамках всей повести. Они должны быть выверены начисто, никаких лишних слов - только точные, содержательные, яркие. Чтобы прочитал - и понял, в каком жанре будет произведение. У вас первое предложение - бесцветное шаблонище «Дождь лил как из ведра», не даёт сценки, даёт лишь понимание, что автор неоригинален (это может быть ошибочное мнение, но зачем вы с первой фразы так? Прикиньте, на улице «девушка, можно с вами познакомиться?» - 98%, что нет)
Впрочем, остальные предложения перенасыщены водой, и жаль, что не только смысловой.

Канцелярит, например: «Некоторые смогли найти укрытие» - «Укрыться» же

Тавтологии: «очень выборочно разбиралась в музыкальных жанрах»

Называние персонажа по масти: «В такие моменты сидевшей за рулём шатенке вспоминалось её далёкое детство» - простите, но это прямо ААААААААА

Логика: «оставалось только разглядывать размытые всполохи фар и надеяться на исправность собственных «дворников» - а какой смысл в дворниках, если из-за ливня вообще ничего не видно?
«нравилось смотреть за соревнованиями дождевых капелек, падавших на стекло и отчего-то всё время старавшихся обогнать друг друга» - не вяжутся отдельные капельки на окне с «буйством стихии» и потоками воды с небес.
«объясни, когда и куда это я успела пропасть» - в предваряющем вопросе нет ни слова о пропаже.

Простите, автор, если я вас огорчил, но текст пока что похож на пересказ событий, а не события.
Кроме того, он нуждается в тщательной коррекции и вычитке.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 

pechenka 0Пожертвовать на развитие сайта

Личный кабинет



Вы не авторизованы.

Поиск

trout rvmptrout rvmp