Синий сайт

Чат

Вкл/Выкл Звук Смайлы История Легенда Kide Chat
Almond: :sun
GennadyDobr: А она заявила - У наших детей будет двойная фамилия. И шерсть дух разных раздельных цветов.
На что не согласишься ради любимой?..
GennadyDobr: Thinnad, однажды черный-черный гималайский медведь влюбился в белую-белую полярную медведицу...
Thinnad: GennadyDobr, я вот даже задумался))))))) Как получилось, что панды чёрно-белые. Если Ната не поведает нам отгадку, придётся сочинять самому. А это может быть...
GennadyDobr: Нужно разобраться. от кого рождаться!
Thinnad: Особенно если не повезло и ты не родился пушистым чёрно-белым мишкой
Thinnad: Да!!! Величественность и красота - наше всё!
Li Nata: а не так-то просто, оказывается, ответить на вопрос - ЧТО РАНЬШЕ: ПРОИЗВЕДЕНИЕ ИЛИ ЖАНР?)))
Li Nata: «link»
Li Nata: Ура, дискуссия открыта)
Li Nata: а некоторые просто панды :panda_bamboo
Li Nata: GennadyDobr не, монарх прекрасен и величественен!
GennadyDobr: Тин, я принял обет - наполнять Синий сайт ежедневно всяческими нетленками. Но - боюсь показаться навязчивым...
:_(
GennadyDobr: Почему монарх невесел?
Thinnad: :king
Thinnad: Не сдадим! :no
GennadyDobr: вопрос к сайту. Кто постит цитаты в нашей группе в ФБ?
В диапазоне от изумительных до неоднозначных... :scepsis
GennadyDobr: Спасибо за снисходительность )
Li Nata: то есть с Нереичкой)
Li Nata: Я согласен с Арамисом! (с)
Нерея: GennadyDobr не в этом столетии :-)
GennadyDobr: Интересно, как скоро Синему сайту надоедят мои рассказики?..
:scepsis
GennadyDobr: :)
Li Nata: GennadyDobr хотя шутка ваша добавила в дождливый день чуток юга и моря)
Li Nata: GennadyDobr чудесно и романтично) но вам-то зачем? У вас узнаваемый образ, хороший ник и все это соотносится с вашим творчеством - зачем?))
GennadyDobr: Спасибо, Ли Ната!
Подумываю взять псевдоним. Как вам, к примеру, Александр Грин? ))
Li Nata: GennadyDobr спасибо))) возвращайтесь, всегда рады) вам и вашим историям
GennadyDobr: Попадая в знакомое приятное место,
оставляю рассказ вместо монетки,
чтобы еще раз вернуться.
GennadyDobr: Попадая в знакомое приятное место,
оставляю рассказ вместо монетки,
Аллен: Какая-то прямо обморочная тишина образовалась в чате после стихотворного буйства...
Almond: Подъездно-домовое:

В щель подглядывала соседка,
Черной зависти шла руда.
В ее жизни - такое редко.
А еще точней - никогда.
В полном ритме дрожали лифты,
Разевая железный рот,
По панелям бежали шрифты,
Что писал на стенах народ,
"хы" и "пи" так рифмуя, словно
Все свиданья зависят от них.
И влюбленные - ну условно -
Не получат волшебный стих.
Almond: Thinnad ага)))
Thinnad: Врежусь я сиденьем
Под твоё дыхание,
Сожми меня коленями,
Я - твоё свидание!

Потными ладошками
Сожми покрепче руль.
Поработай ножками,
Я ж тебя люблю!

Мигаю катафотами,
Ласкаю блеском спиц
Оседлай меня-ка ты,
И помчали вниз!
Thinnad: а вот романтишно-велосипедное:
Almond: Thinnad бревна Ильича приплести - это круто))))))))
Thinnad: Almond :O я спать теперь не смогу! И мыться!
Almond: Thinnad :lol Кажется, близится конец)))
Alizeskis: Круть! :popcorn
Almond: Банно-прачечное:

Тазик! Тазик! - кричал он страстно
И мочалкой сновал по ней,
Он по мылку скользил опасно
Возле скользких ее дверей.
Она нежно измазала маслом
Его стойко горячий кран,
И намазала не напрасно - разразился пеной вулкан.
Alizeskis: :applause
Thinnad: Клекот барса и блеянье овна -
Ей сулил наслажденье тот звук!
Как Ильич - перегретые брёвна
Она скинула взвизги подруг.

Словно рысь, словно мягкая белка,
Устремилась в коварный капкан!
Взгромоздилась, окутала грелкой,
Расплескала любви океан!
Thinnad: что-то мелкобуржуазно-нимфеточное:
Thinnad: Almond, вполне, вполне))))))
Alizeskis: Ни поэзию, ни эротику - не мочь))))
Almond: Thinnad :biggrin :butt
Alizeskis: Thinnad, я лучше понаблюдаю - это зрелищнее! :nyam
Thinnad: откуда оладьи вылезли вообще?
Thinnad: присоединяйся
Thinnad: привет, Лисик)
Thinnad: Он её полумесяцем гладил,
Под коленками всласть щекотал!
Целовал между звёзд и оладий,
И туманностей прядь отыскал.

Он кометою в тучи вонзился,
По ладони катилась луна -
солнце в темечко им опустилось,
А комету поймала – она.
Thinnad: Вот, это ты на меня плохо влияешь))
Alizeskis: Almond, хорошая помощь! :nyam
Almond: Alizeskis ну да, это ж в помощь авторам)
Alizeskis: Вот так зачитаюсь - глядишь, сподобится эротичный рассказец у меня))
Almond: Alizeskis ими)
Almond: Alizeskis привет)
Thinnad: :dansing просто отлично)))
Alizeskis: Плюшками балуетесь?
Alizeskis: Привет, Ангел, Привет, Тин!
Thinnad: Almond, кондитерская элегия))))))

Только зарегистрированые пользователи могут отправлять сообщения, Регистрация и Вход
Всего на линии: 580
Гостей: 578
Пользователей онлайн: 5

Пользователи онлайн
Морра
Ялира
SBF
Умка
Li Nata

Последние 3 пользователя
Павел Чук
Геннадий C
omexi

Сегодня родились
carnotaurus Eintermeiner Lieben JuliaSky Ангел rain Хрустальная Дженнифер

Заказать вычитку

11567950

Всего произведений – 3214

 

И на Земле, как на Небе. Глава 2

  Рейтинг:   / 1
ПлохоОтлично 
yin-yang
Проза
Джонни, Джули и другие
Фэнтези
12+ (PG-13)
повесть
Все случайности неслучайны
закончен
с моего разрешения

    

В небольшом кафе, которое располагалось на первом этаже отеля, царила душная атмосфера дешёвой роскоши. Обилие золотого и тёмно-коричневого оттенков угнетало. Видимо, по задумке владельцев, выбор цветовой гаммы должен вызывать у посетителей восторг. На деле вышло совсем не так. Среди этого убожества девушка выглядела как золотой самородок в куче… кхм, песка. Прямая спина, тонкие изящные запястья, щиколотки, виднеющиеся из-под кромки тёмно-синих брюк со стрелками. Но Джонни засмотрелся не на это, хотя, бесспорно, взглянуть было на что. Рубашка. Обычная белая, слегка приталенная рубашка, один край которой небрежно выглядывал из-за пояса. Такой образ его всегда привлекал. Джонни моментально представил, как девушка за разговором невзначай заправляет выбившийся край.

Она заметила его и, слегка приподняв руку, мягко улыбнулась.

– Надеюсь, не опоздал?

– Нет, это я пришла раньше, – девушка хитро прищурилась. – Профессиональная привычка.

Джонни подошёл к вешалке рядом со столиком, начал стягивать куртку. И улыбался.

– И что же за профессия столь ужасна?

– Администратор кинотеатра, – легко рассмеялась она. – Если не я, то кто вообще выйдет на работу? А ты?

Джонни обернулся, демонстрируя колоратку. Девушка на секунду застыла с выражением вежливой заинтересованности на лице, а потом резко зажмурилась и захохотала.

– Серьёзно? Моя везучесть вышла на новый уровень, – отдышавшись, с нотками прежнего задора проговорила она. – Женатые были, геи были, но я первый раз пытаюсь закрутить роман со священником. Ладно, садись, угощу тебя. Надеюсь, ты пьёшь кофе?

– Конечно, – с улыбкой кивнул Джонни.

То, с какой лёгкостью и непринуждённостью девушка разрядила обстановку, ему понравилось. Честность и открытость всегда его влекли. Разумеется, в других, не в себе. Такие качества демонстрировали немногие люди. А в личном общении с Джонни всплывала ещё одна специфическая особенность: откровенничать с ним чаще всего соглашались под надёжной защитой занавеса в исповедальне.

– Кстати, я Джули, – девушка протянула руку.

Джонни мгновение колебался, а затем аккуратно сжал её ладонь. Рукопожатие вышло в меру крепким, для женщины, разумеется. Женские руки созданы для того чтобы их целовать или страстно сжимать в момент наслаждения. Он непроизвольно сжал пальцы чуть сильнее.

– Джонни, – представился он и отпустил руку.

Джули подозвала официантку, заказала себе двойной эспрессо без сахара, а Джонни попросил американо.

– Неужели дела в нашей церкви настолько плохи, что пришлось звать кого-то со стороны? – девушка хитро прищурилась.

– Кого-то вроде меня? – подмигнул Джонни.

– Вообще, – она на мгновение задумалась. – Мне кажется, наше захолустье не нуждается в дополнительном притоке божественных посредников… Не обижайся. Просто большинство – богобоязненные и убеждённые католики. Кое-кто – просто убеждённые…

– А кое-кто – как ты.

Недовольно поджатые губы и лёгкий прищур подтвердили его догадку. Джули не была похожа ни на первых, ни на вторых. Джонни мог спорить, что она из тех, кто носит Бога в сердце и не признаёт необходимости посещать богослужение.

– Ваш кофе, пожалуйста, – произнесла официантка, расставляя перед ними заказанные напитки.

Джули притянула к себе кружку, слишком широкую и глубокую для эспрессо, уложила ладони на края, почти полностью скрыв ароматный дымящийся напиток. Пар просачивался сквозь тонкие пальцы, переплетался причудливыми нитями. В глазах Джули заплясали огоньки, едва различимые за тяжёлыми решётками самоконтроля.

– Всегда любила священников и астрологов: от них никогда не услышишь конкретики.

Она с вызовом приподняла бровь. Забавно. Джонни мог бы выдать ей конкретику. Всю, от и до. Но это с высокой вероятностью ознаменовало бы конец игры, а он только начал. Потому решил довольствоваться догадкой.

– Бью наугад. Ты веришь в Бога, но принципиально не ходишь в церковь, – Джонни сощурился. – Кроме как на Рождество и на Пасху.

– Только на Рождество, – Джули победоносно откинулась на спинку стула и отпила горячий кофе.

Джонни улыбнулся и последовал её примеру. Огоньки в глазах девушки полыхнули чуть ярче.

– Куришь?

Он медленно покачал головой, скрывая улыбку.

– Угостишь? – она небрежно кивнула на сигарету, заложенную у него за ухом.

Джонни протянул ей сигарету, достал новую из потрёпанной пачки и заложил за ухо. Джули с интересом наблюдала за его действиями, почти с тем же выражением лица, что и в парикмахерской. Щёлкнула зажигалкой, прикурила. Сейчас самое время для вопроса, зачем он держит за ухом сигарету.

– Для образа или память о прошлом? – небрежно бросила Джули в перерыве между очередной затяжкой и глотком кофе.

Бинго! Когда-то это должно было случиться, и теперь Джонни получил собеседника, который не боится говорить то, что думает. И в качестве приятного бонуса им оказалась симпатичная девушка.

– И то, и другое.

– Да ты – ходячая реклама. Грех всегда рядом.

Джули улыбнулась, но взгляд оставался серьёзным, даже острым. Джонни неосознанно скопировал её выражение лица. С ним мало кто разговаривал так прямолинейно, и пока было не ясно, нравилось ли ему это.

– Тени прошлого? – продолжила Джули, улыбка словно застыла на её лице.

От ответа его освободило назойливое треньканье телефона девушки. Тоже Motorola, но попроще. Обычная кнопочная. Она глянула на экран и сбросила вызов.

– Чёрт, мне пора на работу.

Она залпом допила кофе и затушила сигарету о дно чашки. Потом на секунду замерла, подняла твёрдый взгляд на Джонни и добавила:

– Извини.

– Ничего, – отмахнулся Джонни, улыбаясь. – И ты собиралась подцепить меня за пятнадцать минут?

– О да, – мягко рассмеялась девушка. – Но в успешности этого мероприятия мы уже никогда не удостоверимся.

Она подхватила сумочку, встала из-за стола.

– Знаешь, мне было приятно поболтать с тобой. Не думаю, что это взаимно, но если вдруг ты будешь испытывать потребность в собеседнике, то приходи в кинотеатр, – Джули коротко усмехнулась. – Он в городе тоже один, так что не заблудишься.

– Спросить Джули?

– Мисс Джули Гилмор.

Она протянула на прощание руку, которую Джонни рефлекторно пожал. Девушка неторопливо зашагала к выходу, на ходу заправляя выбившийся край рубашки за пояс. И он придёт к ней, но не сегодня. Завтра. А сейчас просто проводит до работы под предлогом немного посмотреть город. Нагнал её, вкратце объяснил, она согласилась.

Из помещения ресторана они вышли в небольшой коридорчик, разделявший холл отеля и лестницу на второй этаж. Впереди замаячила уже знакомая жёлтая куртка. Нет, всё-таки день не задался.

– Эй, дядя, – парень в жёлтой куртке облизал пересохшие губы.

Джонни поморщился. Если раньше паренёк вызывал недовольство и раздражение, то теперь без жалости не взглянешь. Глаза бегают, словно у наркомана, и пылают нездоровой одержимостью. И всё из-за того, что застрял в этом городке до понедельника.

– Чего тебе? – вяло отозвался Джонни.

Джули едва ощутимо оттянула правый рукав его куртки. Женщины всегда лезут под руку, когда дело идёт к драке. Понятно, что им проще избежать конфликта, нежели решить его, но иногда отступление – не лучший вариант.

– Продай мне свой мотоцикл, – парень обнажил белоснежные зубы. – Мне надо уехать. Хочешь, потом верну? Ну… – он запнулся на мгновение. – Нет, вернуть не получится. Хочешь, отдам за него свою машину? Бери, дядя, мне не жалко.

– Господи, ты когда-нибудь успоко…

Резкий удар едва не сбил Джонни с ног. Хрустнула переносица, в глазах на мгновение потемнело, а потом в черноте заплясали красные и белые точки. Мышцы задрожали, предвкушая продолжение драки, взгляд прояснился. И всё лишь для того, чтобы увидеть Джули, перегородившую дорогу психанувшему парню. Джонни теперь дрожал от злобы, мгновенно вспыхнувшей в ответ на происходящее. Он злился на парня в дурацкой жёлтой куртке, который переводил затуманенный взгляд с девушки на Джонни и обратно, злился на себя за бездействие. Но, в первую очередь на Джули.

– Тебе действительно нужно уезжать сегодня?

Её голос был чист и нежен в этот момент, можно было подумать, что она провожает возлюбленного в командировку. С Джонни она в таком тоне не разговаривала. Это злило ещё больше. Он медленно шагнул вперёд, то же самое сделал и парень в жёлтой куртке.

– Эй, парень, я с тобой разговариваю, – мягко напомнила о себе Джули.

Джули коснулась ладонями его лица и развернула к себе. Со стороны казалось, что они вот-вот поцелуются.

– Тебе так важно уехать из этого города? Почему бы не попробовать поймать попутку?

– Мне не нужна попутка. Я должен ехать один.

Парень попробовал повернуть голову в сторону Джонни, но Джули быстро пресекла попытку.

– Уверен в этом? – её милая усмешка моментально разрядила обстановку.

Джонни непроизвольно разжал кулаки, хотя злоба пока не отступала.

– Как в самом себе.

– Тогда плюнь на всё. Может, и не стоит тебе завтра быть там, куда ты хочешь попасть. Вдруг случится что-то плохое. Непоправимое.

Внезапно после этих слов паренёк пришёл в себя.

– Точно. Непоправимое, – он посмотрел на Джули, словно та полностью понимала его. – В сущности, какая разница, где я буду завтра, правда?

– Конечно. Никакой разницы.

Парень странно улыбнулся и, чмокнув её в лоб, прошёл мимо Джонни, словно того вообще не существовало.

– Вот ведь мудила, – тихо сказала Джули, когда парень в жёлтой куртке вышел из отеля.

– А ты умеешь убеждать, – прогнусавил Джонни, пытаясь выдавить какое-то подобие улыбки.

– Это просто, на самом деле, когда есть опыт. Да, администратор и такими делами занимается… Нужно приложить лёд. Заодно тебя осмотрю, вдруг нос сломан. Где ты остановился?

Джонни назвал номер комнаты, и Джули потянула его за руку к лестнице.

– И как часто тебе приходилось разнимать драки?

– После десятка мне надоело считать, – она говорила будничным тоном, словно рассуждала о том, сколько чашечек кофе выпивает в неделю. – Мужские драки разнимать проще, женские – сложнее. Тяжелее всего разнимать дерущихся подростков. Горячая кровь, отсутствие тормозов. Понимаешь?

Джонни кивнул. Они как раз подошли к номеру, и он открыл дверь. Как-то всё не правильно. Не сейчас. Не сегодня.

– Спасибо за предложенную помощь, дальше я разберусь сам, – прогнусавил он.

Джули мягко рассмеялась и, покачав головой, проскользнула внутрь и первым делом подошла к минибару.

– Пьёшь?

– Нет, – не задумываясь, отозвался Джонни.

Соврал. Никому раньше и в голову не пришло бы заговорить с ним о выпивке. До определённого времени, разумеется. А Джули зачем-то спросила, и он ответил, как полагалось.

Опять звонок. На этот раз она взяла трубку, некоторое время слушала собеседника, а потом бросила быстрое и бескомпромиссное: «Я занята, справляйтесь без меня». Положила телефон на столик, сумочку тоже поставила рядом. Через мгновение она уже несла ведёрко со льдом в одной руке и бокал виски в другой.

– Лёд – тебе, виски – мне. Главное – не перепутать, – Джули задорно подмигнула. – А вообще, перестань запрокидывать голову. Нужно наоборот.

Джонни не успел сообразить, что от него требуется, как почувствовал руку Джули на затылке. Она быстрым движением наклонила его голову. Секунду они молча смотрели друг другу в глаза, а потом их руки синхронно потянулись навстречу.

– Не двигайся, – словно назло, Джули произнесла это, когда их пальцы были в дюйме друг от друга.

Она промокнула платком кровь. От прикосновения Джонни болезненно сморщился и рефлекторно подался назад.

– Расскажи что-нибудь из Священного писания, – рассеянно попросила Джули, аккуратно вытирая платком его губы.

На мгновение все мысли улетучились, но не из-за вопроса. Сладкий дурман едва удалось прогнать: близость её пальцев пьянила.

Любые просьбы, содержащие в себе «что-нибудь», вызывали у Джонни ступор. Обычно в голову лезли всякие глупости, но в этот раз всё было по-другому. Из-за неё.

– И произошла на небе война, – слова заструились из глубин памяти. – Михаэль и… Чёрт!

Он отпрянул, стиснул зубы, пытаясь унять боль в носу, который Джули только что вправила.

– Забавно вышло, – хохотнула она. – Ой, прости… Расскажи с начала, а я пока приложу лёд.

– И произошла на небе война: Михаэль и Ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали против них, но не устояли, и не нашлось уже для них места на небе. И низвержен был великий дракон, древний змей, называемый дьяволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним.

Джули за время, что он говорил, успела выудить из кармана брюк новый платок нежного кремового оттенка и завернуть в него пригоршню льда. Она опять коснулась его затылка одной рукой, другой приложила лёд к переносице.

– Теперь ты.

– Что я? – задумчиво переспросила Джули.

– Расскажи что-нибудь из Священного писания.

Она недовольно поджала губы.

– Вроде бы мы выяснили, что в церкви я появляюсь раз в год.

– Одно другому не мешает, – усмехнулся Джонни.

Джули улыбнулась совсем как тот псих в жёлтой куртке и, с вызовом вскинув голову, громко и торжественно процитировала:

– Цель же увещания есть любовь от чистого сердца и доброй совести и нелицемерной веры, от чего отступив, некоторые уклонились в пустословие, желая быть законоучителями, но не разумея ни того, о чем говорят, ни того, что утверждают.

Секунду Джонни раздумывает над тем, как отреагировать: рассмеяться или разозлиться. В итоге выбирает совсем иное. В нарушение всех правил, которые сам для себя и придумал. Поцеловал её.

На губах играет вкус собственной крови и её вкус – сигарет и крепкого кофе. С глухим стуком лёд рассыпается по полу, словно стараясь перекрыть звук её дыхания: лёгкий и едва уловимый. И Джонни ненавидит этот момент, в то же время упиваясь им.

Он внезапно осознал, что каждое мгновение, проведённое с Джули, по капле разъедало изнутри, и теперь он чувствовал себя абсолютно беззащитным. Иногда для поражения достаточно пары моментов слабости. Наверное, Джонни бы не придал этому значения, если бы сам не желал этого. Потому что только слабый имеет право надеяться на искренность и абсолютное доверие. Потому что силой можно получить лишь тело, а Джонни хотел большего. Чтобы она говорила с ним нежно и певуче или резко и прямолинейно. Залечивала следы от рубцов или без жалости вскрывала старые, едва затянувшиеся раны.

Джули слегка отвела голову в сторону, подставляя для поцелуев шею и, почти касаясь губами мочки его уха, тихо, но вполне отчётливо прошептала:

– Я буду гореть за это в Аду.

– Это так важно? – одурманенно спросил Джонни.

– Для тебя должно быть.

Слова отрезвили не хуже пощёчины. Он резко отвёл голову Джули назад, в призрачной надежде увидеть в глазах хоть что-то из эмоций, которые испытывал сейчас сам. Но Джонни, как ни старался, не мог разглядеть ни злости, ни сожаления, ни стыда. Ни, тем более, сладкого волнения и нежности. Ей было всё равно. В который раз Джули реагировала не так, как он ожидал.

– Ты не повесил на дверь табличку «Не беспокоить», – невпопад сказала она и осторожно опустила ладони на его запястья.

– Плевать.

– Хорошо.

Ничего хорошего в ситуации Джонни не видел. Он желал утонуть в её чувствах, а она предлагала лишь тело. Ещё минуту назад он принял свою слабость перед ней, что угодно – лишь бы хоть ненадолго соприкоснуться… душами. Но она опять перевернула всё, что только можно. Джонни досталось пустое тело, покорное любому проявлению его любви или ненависти.

И он любил, ненавидя. Нежно целовал её плечи, сжимая так, что на коже оставались белые пятна. Невесомыми касаниями очерчивал её пальцы, а потом до хруста сжимал. Бережно опустил на кровать, и тут же прижался так сильно, что Джули едва могла вдохнуть. Но она позволяла. И Джонни, стиснув зубы, окунал её в свою нежность и боль. Делиться вторым давно стало привычным, что до первого… Да будет так.

А потом в какой-то момент она сломалась. Поддалась напору чувств, хлещущему снаружи и изнутри, и тогда Джонни ощутил тёплое, осторожное касание её души. Такое забытое чувство: всё и ничего. Едины, но всё же не слиты. Не половинки, но идеально подходящие друг другу.

Тело получило свою долю наслаждения, а душа ещё долго таяла в тёплом и долгом моменте единения. Но и это, увы, прошло.

Джонни не надеялся, что Джули сразу же уйдёт, точнее, надеялся, но понимал, что она так не сделает. Всё идёт наперекосяк. И действительно, она осталась. Подложила его ладонь себе под щёку и, прищурившись, спросила:

– Ты ведь давал обет безбрачия?

– Точно.

– Но ты на него наплевал.

– Точно.

– Ты странный, – Джули с грустью отвела взгляд.

Наконец-то хоть что-то ожидаемое. Джонни не удержался и улыбнулся.

– Можно вопрос? – не поднимая взгляда, шепнула она.

– Конечно.

– Как долго ты здесь пробудешь?

Джонни едва успел открыть рот, чтобы выдать очередную ложь, но она избавила его от такой необходимости.

– Подожди, не отвечай. Это не совсем то, о чём я хотела узнать.

Она напряжённо закусила губы. Джонни пригладил её взъерошенные волосы, улыбка растягивалась всё шире. Наконец-то всё вернулось на круги своя. Сладкий дурман отступил, оставляя мерзкое послевкусие вины. Он больше не слабый, не сломленный.

– Не обидишься? – нарушила молчание Джули.

– Нет.

– Хорошо, – она на мгновение прикрыла глаза, собираясь с мыслями. – Ты бежишь или ищешь?

– Что? – опешил Джонни.

Наверное, что-то из эмоций, всколыхнувшихся от этого странного вопроса, выплеснулось наружу и отразилось на лице, потому что Джули поспешно добавила:

– Не важно, забудь.

– А это не одно и то же? – нашёлся он. – Смысл – быть в пути.

Она медленно покачала головой.

– Если бежишь от чего-то, то никогда не достигнешь цели. Но ищущий находит. Кажется, так?

Джонни меньше всего хотел отвечать, а она ждала, неотрывно глядя на него.

– А если я бегу от чего-то, чтобы отыскать нечто совершенно иное? – он через силу улыбнулся, провёл пальцами по её щеке, хотя больше всего на свете желал выставить её за дверь. – Как думаешь?

– Я ничего не думаю, просто спрашиваю, – Джули приподнялась на локте и мягко поцеловала его в лоб. Наконец её голос был нежен и чист, но слова струились ядом. – Хочу понять, стоит ли следовать за тобой. Куда бы ты ни шёл.

Она быстро собралась и, горько улыбнувшись, молча ушла. А Джонни залпом выпил стакан виски, который всё так же одиноко стоял на столе.

e-max.it: your social media marketing partner

Добавить комментарий

Комментарии, содержащие только смайлы и скобки, недопустимы.

Комментарии   

 
+1 # Умка 11.07.2018 16:15
О! Меня все больше затягивает ваша история. Глава получилась тягучая и ядовитая. Потихоньку разъедающая душу. В первой главе Автор ловил читателя на крючок. Во второй смог немного расслабиться - те, кто до нее добрался, уже попались.
Странные главные герои, один загадочнее другого. Неразрешимые проблемы. Неотвеченные вопросы. Завязка непростого романа.
В общем - спасибо!
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
# yin-yang 12.07.2018 20:15
Умка, спасибо за комментарий)
Рада, что история нашла отклик.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
# GennadyDobr 09.07.2018 21:18
Дорогая Инь-Янь!
Пожалуйста, измените размер шрифта на читаемый нормально, хотя бы - как в первой части вашей повести.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
+1 # yin-yang 10.07.2018 09:48
Исправлено (правда, без моего участия, спасибо модераторам)
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 

pechenka 0Пожертвовать на развитие сайта

Личный кабинет



Вы не авторизованы.

trout rvmp