Синий сайт

Чат

Вкл/Выкл Звук Смайлы История Легенда Kide Chat
Thinnad: GennadyDobr, а сыр? И, потом, раз у вас там условия такие стимулирующие, значит, пора потихоньку доить и литераторов)) Чтоб объём «надоев» тоже достигал 11,97 авторских листов.
GennadyDobr: По моему, ты меня с кем-то перепутал.
"Израильские коровы – мировые чемпионы по надоям: они дают больше всех других коров в мире. В 2016 году объем надоев на одну корову вырос в среднем на 1,7% и достиг 11,97 литра молока."
Я, конечно, израильтянин, но не настолько. :lol
Thinnad: GennadyDobr, тогда и производительность должна быть. В месяц по роману
GennadyDobr: Лучше гонорары платить, сперва одному, потом другому, новому...
Thinnad: Ты и не ты... ой, с тебя налоги хорошо снимать)
Thinnad: GennadyDobr, а я думал, ты просто так переволновался, что от счастья впал в забытие :biggrin
GennadyDobr: Тин мне ответил в теме "Кубок Брэдбери":
- Гена, ты шестого июля уже это спрашивал :lol :
Перед лицом своих товарищей торжественно заявляю:
- Тот, кто задавал вопрос шестого июля, уже не я. Ведь целый месяц прошел!
И я другой, и мысли другие.
Так что я за него не отвечаю ))
Jiraia: ой! лучше пока наверно
Jiraia: Привет наверно
GennadyDobr: Тогда луче Йода. Мастар Йода. :hi
Thinnad: скорее, йунга
Thinnad: :lol :lol :lol
GennadyDobr: Моя сказка только что опубликовалась на сайте с датой 30.11.-0001 года.
Трудно сказать сразу, то ли я так от жизни отстал, то вы так меня обогнали.
Обдумываю возможность смены ника на Саксаул или Аксакал.
:wink :lol :scepsis
Thinnad: причём одновременно
Thinnad: И сразу обнимать всего, спасать, пробовать сделать искусственное дыхание
Thinnad: А девочки внизу, в бассейне, кричат: Тинчик прилетел!
Thinnad: Потому когда Тин его подсёк, Аль стразу поскользнулся.
Thinnad: и пролил шампунь для перьев на трамплин
Thinnad: он их вытирал полотенцем
Thinnad: И руки. Собственно у него как раз в руках были крылья
Thinnad: А у Аля крылья оказались заняты
Thinnad: по дороге подсёк ангела под коленки
Thinnad: Almond, а я ласточкой - распахнул ушки и кувырк!
Almond: Thinnad тихонько подошел сзади и столкнул ельфа в бассейн - хрямсь! :biggrin
Thinnad: Спасибо вам преогромное! :bassejn
Thinnad: Комментарии мне видел, обязательно отвечу и напишу ответки! :sun
Bazz: Подвис мой виски,
Выпить нельзя закусить-
Сыр закончился!
Bazz: Dreamer :rolley Улыбнуло
Dreamer: :hi , Bazz , давно вас не было!
Dreamer: Записывать нетленные поэмы, Но он лишь стол... И то, что он умей, увы и ах! Заметно только мне.
Dreamer: Или ногой, из четырёх - одной,
Dreamer: Bazz
Bazz: Мой стол умней меня стократно.
Стоит полвека предо мной.
Поэтом был бы он назначен штатным,
Умей бы он писать рукой!
Fitomorfolog_t: Thinnad Ну да, ну да! Вместо сурьёзной работы и понимания ответственности теущего момента! :biggrin :biggrin
Thinnad: ну вот, *ворчит* Лешая пришла, теперь песни и пляски)))
Fitomorfolog_t: Alizeskis :hi :dance1 :sun :cancan
Alizeskis: Fitomorfolog_t, ОГО! КТО ВЕРНУЛСЯ!!! :glomp :tardhug
Fitomorfolog_t: Thinnad Вникаю )))
Thinnad: привет, путешественница по горам по долам
Thinnad: Fitomorfolog_t, ойой, ты хоть не пугайся, на самом деле всё не так безумно)
Fitomorfolog_t: Привет всем! Я многое пропустила и сажусь вникать ))
GennadyDobr: Thinnad понимаю. Запрещено раскрываться. Все-все, уже умолкаю! Т-с-с... :yes
Thinnad: GennadyDobr, так искренне написано, что чувствуешь порыв следовать образу))))
Но нед.
Earths Soul: :)
Fire Lady: GennadyDobr :)
GennadyDobr: Соллипсизм крепчает...
:fasepalm
Fire Lady: Какой монолог ))
GennadyDobr: Иногда, в редкие минуты раскания, я недоумеваю: Как и почему до сих пор дорогие и уважаемые жители Синего сайта терпят милостиво мои выходки и комментарии в стиле пьяного матроса, мою зубодробительную критику большой дубины и вежливость питекантропа?
Единственное объяснение, приходящее в голову - вы все тут, кроме меня, ангелы, и только притворяетесь земными людьми. Только так можно понять ваше долготерпение и доброжелательность.
Умоляю, крылатые! Оставайтесь и дальше такими же, чтобы я смог постепенно дорасти до вашего великодушия и снисходительности.
Заодно прошу прощения у всех и каждого, задетого дубиной неандертальца. Хо!
:beg
Thinnad: GennadyDobr, да зверушка сама кого хошь съест)) Или заставит жалеть)))
Alizeskis: :lol_fox
GennadyDobr: Жаль, очень жаль. Но хорошо хотя бы, что н съели. :nyam
Li Nata: GennadyDobr желание автора, что поделать
GennadyDobr: А почему профиль Лост недоступен? Варвары, верните зверюшку на место!..
Alizeskis: Это лето я не заметила - промелькнуло, не начиналось. Летом надо в отпуска ездить, а не работать...
Dreamer: Вот так всегда! Заглянула, а и нет никого! Все гоняются за ускользающим летом? :_(
Almond: Омг, уже август. Остановись, мгновенье, ты прекрасно))) :sun
Vitaliy Ju: Almond спасибо:)
Li Nata: GennadyDobr спасибо)) а то я уж думала что такое и не прятаться ли мне куда))
GennadyDobr: Привет всем! Нахожусь на Красном море или в Красном море. Без компьютера и без интернета. Всех люблю или как минимум уважаю. Ты мне я тебе - через пару дней.
Almond: Vitaliy Ju а я уже поглядел. Интересно)

Только зарегистрированые пользователи могут отправлять сообщения, Регистрация и Вход
Всего на линии: 768
Гостей: 765
Пользователей онлайн: 4

Пользователи онлайн
GennadyDobr
Нерея
Alizeskis
Fire Lady

Последние 3 пользователя
Последняя мечта
Nattallismi
Александр

Сегодня родились
Emiko h84q Hadrim_Ariat Jiraia Sharoarskaya Lisa Гробовщица Ясон

Заказать вычитку

11567950

Всего произведений – 3231

 

Пока дышу Часть 2, Главы 2-3

  Рейтинг:   / 2
ПлохоОтлично 
Dreamer
Проза
Те же
Постапокалипсис
16+ (R)
2 главы
Ната помогает Трою пересмотреть свой взгляд на вещи, но ей самой предстоит столкнуться с непростой ситуацией.
в процессе написания
Здесь

   

   Пока дышу глава 10. Часть 2, глава 1

      

CjiQyP uNNU

      

Глава 2

Тени прошлого

     

Город встретил их мрачной тишиной. Здесь голос понижался до шёпота сам собой, задетая случайно бутылка грохотала, словно автоматная очередь, переваливаясь по грязному асфальту пустынной улицы. Было в его тишине что-то хищное, недоброе. Это место больше не принадлежало людям, пусть они и построили его для себя.

Трой и Джо прислушивались, каждый по-своему. Джо закрыл глаза и покачивался с пяток на носки, сидя на корточках. Трой медленно поворачивал голову вправо-влево, глядя прямо перед собой, потом замирал, бросая острый взгляд на какое-нибудь окно, и снова продолжал слушать. Оба закончили одновременно. Джо пожал плечами, Трой кивнул ему в ответ. Остальные зашевелились, зашептались.

Натали выдохнула с облегчением. Ей не было спокойно здесь. Конечно, она доверяла опыту Троя и чутью Джо, но дело было вовсе не в доверии. Город пугал её. Давил каменными стенами, провоцируя неприятные воспоминания, в которых последнее, о том, что произошло прямо здесь, ещё не было самым страшным. Она поёжилась, отгоняя тени прошлого. Да, она умела это – забывать. Может быть, потому и оставалась жива до сих пор?

Трой предложил разделиться на две группы, оставив Джо присматривать за остальными, а Натали с Майком взял с собой. Пришлось двигаться цепочкой – оставленные машины, разбитые и искорёженные, мусор, какие-то обломки и даже подобие баррикад основательно захламляли эту часть города.

– Что здесь такое было? – удивилась Натали.

– Бои, – бросил Трой через плечо. Он хмурился, но уверенно шёл вперёд, и Натали показалось, что этот район ему хорошо знаком.

– Куда мы идём? – впереди угадывалось пространство, дорогу загромождала груда остро торчащих железок.

– В колледж, – тихо отозвался Майк из-за её спины. – В библиотеку и в лабораторию. Мне нужно кое-что поискать.

    

«Острые железки» оказались ржавыми секциями ограды. Кто-то выломал их из столбов и свалил кучей, перегородив дорогу. Осиротевшие столбы с осыпающейся каменной облицовкой неприютно торчали вдоль растрескавшегося тротуара, как редкие гнилые зубы. За забором все поросло высоким, в пояс, бурьяном, который взломал плитки дорожек и почти похоронил их в густой зелени. В глубине краснели линялые крыши каких-то зданий. На одной из двух высоких башенок торчал железный флажок.

Пришлось пешком продираться через траву. Тонкие плети настырного вьюна цеплялись за спицы, наматывались на колёса тележки, Натали тянула и дёргала, дёргала и тянула...

Голова закружилась внезапно и резко. Зрение сузилось до крохотной яркой точки с красной темнотой по краям. Сердце подскочило к горлу. Она вцепилась в руль велосипеда изо всех сил, но голову, ставшую непомерно тяжёлой, клонило к земле. Ноги стали ватными, а тело – невесомым. Она рухнула на колени, согнулась, и её вырвало прямо на розоватые плитки дорожки, прячущиеся под полёгшей травой. В ушах звенело, желудок содрогался в пустых спазмах. Кто-то держал её за плечи, но Натали не могла поднять голову. Наконец всё закончилось. Она всхлипнула, глотая горькую от желчи слюну, обеими руками вытерла выступившие слёзы и попыталась подняться. Стянула с шеи платок, уткнулась в него лицом, чувствуя на плечах горячие ладони – это Трой придерживал её, не давая упасть.

– Что? – голос был тихим.

– Не знаю, голова закружилась. Жарко, – просипела она через ободранное горло, потянувшись к фляге на поясе.

Трой опередил, протягивая свою. Несколько глотков тепловатой воды привели Натали в чувство.

– Похоже на солнечный удар, – озабоченно предположил Майк. Он так и оставался за её спиной, подобраться ближе не позволяла накренившаяся тележка.

– Скорее всего, – нахмурился Трой. – Кепку найдём какую-нибудь. Ты на солнцепёке перегрелась, а волосы-то тёмные, – добавил он с укоризной. – Идти можешь?

– Могу. Всё уже. Прошло всё.

Нат было стыдно. Скорее всего, ребята были правы, затылок ей напекло основательно. Только это было ещё до того, как они въехали в город...

    

Таким мрачным Троя она ещё не видела. В довольно большом здании, том самом, с башенками, царил ужасный бардак. Были выломаны даже перила широкой деревянной лестницы, а в стенных панелях чернела целая россыпь пулевых отверстий. Пол был покрыт слоем пыли, на которой не отпечаталось ни единого свежего следа. Она, словно саваном, укрывала черепа и кости. Накручивая на палец волнистый каштановый чуб, что означало крайнюю степень волнения, Майк буркнул:

– Ну, я пошёл?

– Давай. Мы наверху, – отпустил его Трой и шагнул на широкую ступень лестницы. Она протестующе скрипнула, заставив Натали вздрогнуть.

Библиотека оказалась на третьем этаже. Здесь было почище. Высокие двери – заперты. Трой закусил губу и, отступив на пару шагов, выстрелил в отверстие для ключа. От грохота у Нат заложило уши, в спёртом воздухе поплыла пороховая гарь. Вдавленный выстрелом крепкий замок расщепил дерево, и дверь приоткрылась.

– Прошу, – Трой распахнул одну из створок, криво усмехаясь.

Большой ключ, согнувшийся в выпятившемся нутре замка, торчал с другой стороны двери. Библиотека была заперта изнутри...

Возле широкой деревянной стойки лежал рассыпавшийся скелет в истлевшей рубашке. На удивление целые с виду джинсы прикрывали его нижнюю часть. Ботинок не было, зато рядом валялся покрытый пылью автомат с коротким стволом. Без магазина. Натали замерла на пороге.

– Его звали Ричард. Значит, он так и не выбрался...

Голос Троя звучал сдавленно. Сквозь пыльную мозаику высоких окон падал мягкий свет, выкладывая на полу рисунок теней. Полки с книгами высились тремя рядами, их разделяли длинные столы.

– Держи, – Трой протянул ей список. – Будем искать.

Бумага в руке мелко подрагивала. Он поспешно отвернулся, пряча глаза, и Натали не решилась на вопросы, которых становилось всё больше. Вместо этого она принялась за поиски нужных книг. Удивительно, но тошнота и головокружение прошли совершенно бесследно, наоборот, она испытывала прилив странного энтузиазма.

    

Нужные книги в упорядоченной библиотечной системе отыскались быстро. Они перенесли их на улицу, к оставленным тележкам, и присели на ступеньках дожидаться Майка. Его тележка тоже уже не пустовала: две длинные коробки и пластиковый ящик с металлическими замками занимали её дно.

Трой был напряжён и смотрел в пустоту прямо перед собой, лишь изредка машинально прислушиваясь. Но, кроме стрёкота насекомых в высокой траве, других звуков не было.

– Что здесь произошло? – решилась Натали.

– Происходило... – поправил он. – Кровь, грязь. Нас было сотни – детей и подростков – в городе, полном трупов! – Он повернулся к ней лицом. Глаза горели, с лица отхлынула кровь, и бледность стала различима даже под загаром. – Половина собралась здесь, в колледже. Другая половина – в спортивном центре за парком. И кое-кто прибился к придуркам из автомастерских Логана. Их было совсем немного, но они были достаточно взрослыми и первыми начали всё это...

Трой махнул рукой в сторону трёх одинаковых жилых корпусов кампуса. Один из них выгорел изнутри, и закопчённые стены зияли чёрными провалами окон.

– Три группы пару месяцев сходили с ума: грабили город, насиловали, убивали, пили и дрались между собой... Кто был поумнее, сбежали из этого ада. А я... – Трой опустил голову, – я не убежал. Я побоялся. Не знал – куда. – Он повернул руки ладонями вверх и смотрел на них, словно видел то, чего Натали увидеть не могла, но догадывалась, что именно ему мерещится. – Я ни о чём не думал. Просто хотел жить. И был как все. Как все те, которые были злее, сильнее, умнее... как мне тогда казалось. А это, по большей части, было всего лишь отчаянием, теперь-то я понимаю. Я был даже злее и отчаяннее многих, иначе просто не уцелел бы. И вернуть ничего нельзя. В последней бойне, здесь, – он мотнул головой себе за спину, на сорванные с петель двери колледжа, – уже не было понятно, кто за кого. Меня ранили, но не серьёзно. Я забился в канализационный люк и просидел до темноты. А потом ушёл. И той же ночью встретил Стива. Вот так.

Он помолчал и добавил:

– А Стив, он дураком не был. В город он брал меня вместе со взрослыми. И стрелял я на каждый шорох, не разбираясь. Если бы ты только знала, сколько на мне крови, наверное, пожалела бы о том, что сказала мне утром, Нат.

Натали вовсе не было жалко Троя. Она гордилась им и злилась на то, что он вырастил в себе такую боль. Осторожно протянув руку, она коснулась его ладони.

– Сколько тебе было лет, Трой? Восемь? Девять? Ты выжил. Мы все выжили. Если тебе кажется, что остальным это ничего не стоило, то я не соглашусь. У каждого позади осталось что-то страшное. Но это не значит, что оно должно давить на тебя всю жизнь! Это же глупо! Сколько нам осталось? Неужели мы не заслужили хотя бы немного счастья? Я знаю, ты можешь сказать, что всё зря и какого чёрта нужна эта жизнь, если она вот-вот кончится...

Трой вздрогнул, и она поняла, что попала в самое больное место.

– Ну и что? А разве люди до нас были бессмертны? Или умирать в пятьдесят не так страшно, как в восемнадцать? Давай истратим оставшееся время на сожаления, вместо того чтобы просто жить!

Сердце Натали билось быстро-быстро. Слова торопились, наскакивая друг на друга. Она боялась не успеть сказать нечто очень важное, что-то, на что она может и не отважиться в следующий раз.

– Ты самый сильный среди нас. Ты – защитник. И если для того, чтобы стать таким для всех, кого теперь защищаешь, тебе понадобилось пройти через ад, что же, ты через него прошёл. Но вышел оттуда с чистым сердцем! Не возражай! – она горячилась. – И я могу только гордиться этим. И – спасибо, что разделил со мной свою боль.

    

– Что? У кого болит? Нат, тебе ещё нехорошо? – пропыхтел показавшийся в дверях Майк. Он тащил две составленные друг на друга коробки, довольно тяжёлые даже на вид.

Трой подскочил и помог донести их до тележки.

– Все? Можем ехать? – он кинул на Натали быстрый взгляд и слегка развёл руками, давая понять, что разговор не окончен.

Она улыбнулась в ответ, и сердце дрогнуло – неуверенная, слабая улыбка тронула его губы тоже.

    

Глава 3

Личные тайны

    

Джо мягко придерживал рвущегося вперёд Ветра. Бесконечный простор полей всё время побуждал резвого коня скакать по весь опор. Красная Собака и сам бы не отказался от бесшабашного полёта между небом и землёй на горячей спине верного друга-ташунки, но не теперь. Дорога хорошо просматривалась в обе стороны, а вот в высокой траве за обочинами мог прятаться кто угодно. И зверь, и человек...

Ветер недовольно всхрапнул, закидывая голову, но не осмелился перечить, перешёл на рысь. Группа двигалась медленно, все тележки и рюкзаки были набиты под завязку, но даже Джо понимал, что этого вовсе недостаточно. Ночь на передышку, и им снова придётся возвращаться в город. И так будет до тех пор, пока не явится Тетитоб и не сотрёт его с лица земли.

От разгневанного бога четырёх мысли его плавно перетекли к той ночи на холме. Кого показали ему боги вместо сиу? Значит ли это, что других братьев больше не осталось в этом мире? Сердце маленького индейца полнилось уважением к маленькому бедуину, славному сыну племени, незнакомого ему раньше, и горечью, что он нашёл его, а не тех, кого искал.

    

Грива коня жёстко хлестнула по лицу. И ещё раз, поднятая порывом неожиданно налетевшего ветра. Небо впереди оставалось чистым. Безоблачным оно было и позади... ещё несколько минут назад. Джо оглянулся и пришпорил коня: с запада неслась, быстро поднимаясь фиолетовыми клубами, тёмная волна грозы!

– Трой! Быстрее! – Джо указал назад.

Он понимал, что обогнать бурю им не удастся, до закусочной было так же далеко, как и до оставленных час назад пригородов. Конь прокладывал тропинку, приминая высокую траву, но Трою и остальным приходилось тащить велосипеды вместе с тележками в руках. Ехать оказалось невозможно. Они едва успели немного отойти от шоссе, как налетел настоящий ветер. Трава ложилась и взмывала волнами, небо бурлило серо-фиолетовой массой прямо над головами, издалека бабахнул первый раскат грома.

Джо соскочил с коня, не выпуская поводьев из рук. Ташунка вздрагивал и косил выкатившимся глазом. Он не любил грозы после близкого знакомства с гневом Тетитоба.

– Садитесь, садитесь все! – перекрикивая ветер, Джо подал пример.

Конь послушно подогнул ноги рядом, тяжело опустившись на живот и продолжая вздрагивать. Трой возился у своей тележки, пытаясь накрыть книги брезентовой накидкой, которую раздобыл кто-то из ребят. Ветер рвал её из рук, на помощь подоспел худой нескладный Борис, и вдвоём они как-то закрепили накидку. Ещё две, скомкав в руках, держала Луиза.

«Пригодятся», – с удовлетворением подумал Джо, глянув на небо. Неба не было. Фиолетовый цвет перетёк в чёрный, а серый – в сизый. Гигантская туча бурлила, клубилась и выстрелила, наконец, очередью некрупных градин. Ветер немного стих, но сил, чтобы рвать из рук накидки, растянутые над головами сбившихся в кучку вокруг коня ребят, у него хватало. Град сменился стеной воды. «Гаоках», – с облегчением подумал Джо. Он боялся совсем другого.

    

К ферме они добрались, когда совсем стемнело. Продрогшие, вымотанные, закатили добычу под навес и молча побрели к дому.

    

Трой думал, что уснёт, как только доберётся до кровати, но сон не шёл. Так и эдак прокручивая в голове свои неожиданные откровения перед Нат, он пытался мысленно спорить, ведь аргументы копились в нём всю жизнь. Но теперь отчего-то не мог подобрать нужных слов... Подушка казалась жёсткой, одеяло сбилось, Ёршик громко сопел во сне, привычное «вжу-ух» ветряка раздражало. Куда-то исчезли из памяти десятки мёртвых лиц с их немым укором, и он оказался один на один с простой и ясной правотой этой худенькой девочки, которая так смело и так искренне сказала ему то, на что он не осмеливался сам. «Я хочу жить!» – вот что он должен был признать. И признал наконец.

    

Натали проснулась рано, но вовсе не от того, что выспалась. Рот наполнялся солоноватой, холодной слюной, и она, ещё плохо соображая со сна, метнулась, как была – в трусиках и майке – к туалету. Рвало её долго. Даже когда стало совсем нечем, позывы не прекращались. Обессиленная, со слезами, замутившими глаза, она машинально глянула в зеркало. Оттуда на неё в испуге уставилось побледневшее лицо. Заболеть почти наверняка означало – умереть. Но чем она могла отравиться? Или заразиться?

Умывшись и хорошенько прополоскав рот, она, пошатываясь, вернулась в спальню.

– И давно тебя тошнит? – Шелли привстала с кровати.

– Вчера. И вот сегодня – тоже, – неохотно призналась Натали.

– Да? А когда у тебя в последний раз были...

– Уже утро? – сонно поинтересовалась Анна, высунув из-под одеяла заспанную мордашку и перебивая Шелли на полуслове.

– Спи, рано ещё, – шикнула на девочку та.

– Поспишь тут с вами, – недовольно заворчала, ворочаясь, уже Луиза.

А Натали едва слышала их перебранку, холодея от страшного подозрения. Не было у неё их! Не пришли вовремя. И потом – не пришли! «Это не может быть правдой! Так не должно быть!» – твердила она беззвучно и безостановочно, словно в молитве, сжавшись в комочек под одеялом. Как будто страшная правда могла измениться, исчезнуть, если отказаться в неё верить...

С тем, что такое беременность и каково это – родить малыша, Натали познакомилась несколько лет назад, в «Орлином гнезде». Дайэн, одна из старших девочек, погибла вовсе не от проклятия Последних дней. Она забеременела, когда ей было всего шестнадцать. И умерла, не сумев разродиться. Никто так и не узнал, кем был ребёнок – мальчиком или девочкой. И в отцовстве никто не признался тоже. Решили, что им был Джейсон, умерший ещё до того, как Дайэн поняла, что ждёт малыша. Очень уж она его оплакивала. Но самой Натали тогда не было ещё и тринадцати и, кроме ужаса беспомощности, который преследовал не только её – всех оставшихся ребят в те трое ужасных суток, когда умирала Дайэн, – она мало что запомнила. А потом страшные вещи стали происходить так часто, что та далёкая смерть перестала казаться чем-то особенным. Натали и не вспоминала о ней. До этого утра...

    

Она пролежала, скорчившись, накрывшись одеялом с головой, пока остальные девочки не ушли. Шелли прикрикнула на расшалившуюся Анну, напомнив, как поздно вернулся отряд из города, и если Луиза выспалась, то Нат, возможно, нет. Потом в спальне стало тихо, и Натали стянула одеяло с головы.

Шелли стояла в шаге от её постели, скрестив на груди руки, и смотрела на девушку в упор. Больше всего на свете Натали хотелось исчезнуть. Раствориться в безжалостном утреннем свете, пробивавшемся сквозь цветастые занавески на окне.

Шелли сделала шаг к кровати и протянула руку, разжав кулак. На ладони лежал белый пластиковый пузырёк. Таблетки. Натали недоуменно переводила взгляд с него на Шелли, но к пузырьку не притронулась.

– Бери. Мой отец всегда рекомендовал их беременным от тошноты. Ток-си-коз она называется. Пройдёт. Знаешь, – девушка присела на край кровати, – меня ведь зовут по-настоящему не Шелли, а Рашель. Папа любил только две вещи в жизни. Свою работу и меня. Он был женским врачом, гинекологом. У него частная практика была, к нам со всего штата приезжали. Наверное, он был хорошим, как врач. Но не как отец. Не отпускал меня от себя ни на секунду после того, как ушла мама, – она вздохнула. – Я, конечно, не доктор, но кое-что помню. У нас куча медицинских книг, разберёмся.

Натали, всё ещё в шоке, пыталась понять, о чём говорит ей Шелли, но мешал ледяной ком в груди, там, где должно было быть сердце. «Страх убивает раньше? – мелькнуло у неё в голове. – Ну и что ты скажешь теперь?»

– Спасибо, – прошептали онемевшие губы так тихо, что Нат едва расслышала свой голос. Но потом он окреп: – Не говори никому! – почти взмолилась она, вцепившись в мягкую руку Шелли. – Пока – не говори. Я сама. Позже...

Внезапно глаза резануло, и слёзы не потекли – хлынули по щекам. «Трой! Что я скажу Трою?» – Натали затрясло.

Шелли обняла её за плечи и прижала к себе, покачиваясь.

– Ш-ш-ш. Я никому ничего не скажу. Ты ни в чём не виновата. Это ведь там, в городе случилось? Я тогда сразу поняла. Да и не только я. Поверь, никто тебя не осудит...

Шелли шептала, а Натали казалось, что она снова, как много лет назад, смотрит в холодные волчьи глаза. И снова опускаются заледеневшие руки, и сердце покрывается корочкой безразличного отчаяния, и холодеет от равнодушного взгляда тело, и она готова упасть в бесконечную тёмную яму... Но что-то не даёт ей, что-то держит. Тепло на плечах. Тихий шёпот. Мягкие руки. Свет из окна. Голоса во дворе, чей-то смех...

– …ты не одна, – дошёл до сознания обрывок фразы.

– Не одна... – словно просыпаясь от кошмара, повторила она и подняла голову.

    

Джо Красная Собака отрезал безмозглым козам путь к бегству. Хитрые и настырные, они снова и снова умудрялись просочиться через ограду и направиться к огородам. Если же им это не удавалось, то ловить приходилось уже в зарослях одичавшей кукурузы. Бейли визгливо лаяла, помогая загнать коз обратно за изгородь, Ветер сердито всхрапывал, отпрыгивая в сторону, снова делая два-три темпа галопа и разворачиваясь на месте в обратную сторону, не позволяя козам улизнуть. Взмокший Ёршик встречал беглянок у пролома неласковыми словами и пинками отправлял внутрь.

Когда все козы оказались на месте, он отдал Джо салют и остался чинить изгородь, а Джо направился к пруду. Там рыбачили мальчишки Уилсоны, и он обещал прокатить их до фермы верхом вместе с уловом. Кто знает, когда ещё выдастся возможность? Рано утром нужно было снова отправляться в город.

    

Но до утра Джо собирался снова обратиться к богам. Верили ему Денни, Трой и остальные или нет, а он видел, как в неведомой пустыне Тетитоб сравнял с песком целую крепость. И он обязательно доберётся до города, Джо знал это так же хорошо, как знал и то, что ферма уцелеет. Если бы ему пришлось объяснять свою уверенность кому-то из новых друзей, нужных слов бы не хватило. «Нет, – он покачал головой в такт своим мыслям. – Как можно объяснить кано, что лакота может превратиться в маленького бедуина? Никак. Кано – сильный и верный, но ему никогда до конца не понять Джо».

Джо не собирался никому рассказывать о своих разговорах с богами, достаточно того, что он знал сам – ферме и её обитателям Тетитоб не страшен. Они избраны так же, как избраны Братья Альмайша и маленькие гании. Вот только найти бы уцелевших сиу, лакота, оглала или братьев из других племён, и тогда Джо Красная Собака тоже смог бы стать счастливым!

     

 Пока дышу. Часть 2. Главы 4-5

e-max.it: your social media marketing partner

Добавить комментарий

Комментарии, содержащие только смайлы и скобки, недопустимы.

Комментарии   

 
# Fitomorfolog_t 13.05.2018 22:02
Комментарий инквизитора
Привет, Дрим!
Как у тебя получается так находить детали для разрушенного города? )) У меня бы воображение спасовало. И погода: тоже очень живые – прямо ощутимые – описания.
Конечно, пока текст не окончен, неясно, каким будет общее впечатление, но пока каждая новая глава заставляет ждать следующей, держит внимание.
Ну а пока традиционные блошки ))
Лишние запятые:
«Осиротевшие столбы, с осыпающейся каменной облицовкой, неприютно торчали» (обе запятые), «Зрение сузилось до крохотной яркой точки, с красной темнотой по краям», «Возле широкой деревянной стойки, лежал рассыпавшийся скелет в истлевшей рубашке», «Нужные ниги, в упорядоченной библиотечной системе, отыскались быстро» (обе запятые; опечатка – книги), «и присели на ступеньках, дожидаться Майка», «Трой был напряжён, и смотрел в пустоту прямо перед собой», «Но, кроме стрёкота насекомых в высокой траве, других звуков не было» (обе запятые), «он повернул руки ладонями наверх, и смотрел на них», «И был, как все», «довольно тяжёлые, даже на вид», «пока Тетитоб не придёт, и не сотрёт его с лица земли», «но Трою и остальным приходилось тащить велосипеды, вместе с тележками, в руках» (обе запятые), «Он не любил грозы, после знакомства с близким гневом Тетитоба», «Куда-то исчезли из памяти десятки мёртвых лиц, с их немым укором, и он оказался» (обе запятые), «вот, что он должен был признать», «признал, наконец», «Заболеть, почти наверняка означало — умереть», «меня ведь зовут, по-настоящему, не Шелли» (обе запятые), «Не отпускал меня от себя ни на секунду, после того», «Шелли обняла её за плечи, и прижала к себе», «снова делая два-три темпа галопа, и разворачиваясь на месте в обратную сторону».

Нехватка запятых:
«Может быть потому и оставалась» - запятая после «может быть», вводное слово.
«и сердце покрывается корочкой безразличного отчаяния и холодеет от равнодушного взгляда тело» – запятая перед вторым «и».
Прочее:
«Майк буркнул :» – лишний пробел перед двоеточием.
«он повернул руки ладонями наверх, и смотрел на них» – может, вверх?
«словно видел то, чего Натали увидеть не могла, но догадывалась, что именно ему мерещится» – получается, что он словно видел то, о чём она догадывалась… не знаю, как объяснить: совмещены две разные вещи. Если заменить «но» на «хотя», шершавинка уйдёт.
«Она гордилась им и злилась на то, что» – не уверена: злилась-то на него, но – за то, что.
«Не возражай! – она горячилась, – и я могу только гордиться этим» – здесь после авторских слов точка, а вторая часть прямой речи – с большой буквы.
«всех оставшихся ребят, в те трое ужасных суток пока умирала Дайэн» – лишняя запятая после «ребят», нужна запятая после «суток».
«она вздохнула, – я, конечно, не доктор» – и здесь после авторских слов точка, а вторая часть прямой речи – с большой буквы.
«Страх убивает раньше? – мелькнуло у неё в голове, – ну и» – то же самое.

Жду следующих глав ))
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
# Dreamer 13.05.2018 22:39
Спасибо, Фито-Цветочек! Пишу! Вот прямо сейчас и пишу... :-) Новые приключения и злоключения ( вздыхает) жанр обязывает - не за горами...
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
# Alizeskis 09.05.2018 06:05
Привееет!

Ух, мрачные главы вышли, такие - без острой динамики, но сильные. Где раскрываются прошлые события, что оставили отпечаток в жизни повзрослевших детей.
Троя можно понять - он выживал, как мог. И то, что он выжил, значит, что делал правильно. Не всегда по моральным и этическим законам. Но выходит по животным правилам. Сильнейший? Или тот, кто вовремя спрятался. Всё правильно - а сейчас рядом друзья, которые поддержат - это великая награда.

Натали жалко, не прошли без последствий и её приключения. Прошло вот так сильно резануло. И теперь страшно представить, что ожидает её в условиях жесткого выживания. *прикрыла лапками глазки*

Джо стал этакой связующей нитью между группами выживших - это великолепная задумка! И он же полноценно влился в (не)маленькую семью на ферме. И очень хочется, чтобы его предсказание сбылось. Чтобы ферма и её обитатели выжили.

За группой выживших очень хочется следить и дальше. Они сильные, но и дети. Кто-то больше, кто-то меньше. Но надеюсь, за этой чередой мрака у них наступит светлая полоса, когда можно будет не думать, как выжить, а просто повеселиться от души с друзьями! Вух! Жду продолжения!

Напоследок чуть блошек:
Может быть потому – наверное, тут запятая, но я могу ошибаться. Лучше узнать у сведущих.

буркнул : – закрался пробел

она горячилась, – и
– тут лучше точку вместо запятой и начало прямой речи – с заглавной буквы

Лишние запятые
напряжён, и смотрел
наверх, и смотрел
Шелли обняла её за плечи, и прижала
галопа, и разворачиваясь
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
+1 # Умка 07.05.2018 15:03
Главы продолжают увлекать, как всегда не могла оторваться. Ты насылаешь на детей все новые испытания. Потом даже ночью мне снились главные герои и их приключения. И это очень здорово.
Малюсенькие тапки:

Нужные ниги - книги?
А Стив, он дураком не был. В город он брал меня вместе со взрослыми. - два раза "он"
Немного напрягло то, что отец Шелли сотнями выписывал таблетки от утренней тошноты. В Штатах еще хорошо помнят историю с Талидомидом и гинекологи очень неохотно выписывают лекарственные препараты для беременных. А то, что они рекомендуют: витамин В6 и антигистаминные средства, продаются в аптеках без рецепта.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
# Dreamer 07.05.2018 15:29
Большое спасибо, Умка! Вот он - взгляд изнутри - очень ценное замечание про таблетки! На самом деле, может это витамины и есть? Поменяю слово на" рекомендовал", вместо выписывал, и будет, наверное, правдивее...Искренне рада, что история продолжает цеплять!
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 

pechenka 0Пожертвовать на развитие сайта

Личный кабинет



Вы не авторизованы.

trout rvmp