Синий сайт

Чат

Вкл/Выкл Звук Смайлы История Легенда Kide Chat
Fitomorfolog_t: :hi Привет всем!
Li Nata: :lapki :lapki :lapki :lapki
Li Nata: :trampoline_1 :ashamed
Thinnad: Солнышко :flowerman
Солнышко: :hi
Fitomorfolog_t: Всех люблю!
Fitomorfolog_t: :panda_off :foxy :shark :my_treasure :apple :flower_3 :pinked
Fitomorfolog_t: :sun :pilot
Alizeskis: :lol_fox
Thinnad: :sun
Almond: С праздником!
Fitomorfolog_t: СДнём победы!
SBF: С Днем Победы!
Agnes: Поздравляю всех с великим праздником -- Днём Победы!
Thinnad: ты забудешь))))) Это она тебе звонила, муахахаха!
Almond: Thinnad о то ж... придется мне спасать от ельфика)
Thinnad: видишь, я профи, всё предусмотрел
Thinnad: куда? Я её привязал
Almond: Thinnad дама от тебя убежит)
Thinnad: но любя! И ценя!))))
Almond: Thinnad вот суровый ты, ТинЮ, а еще говоришь, что я. Это ж пытки настоящие)
Thinnad: буду пяточки я щекотать
и стишатки дурные читать)
Thinnad: Пятое мая настало!
Замотаю тебя в покрывало,
Привяжу я покрепче к кроватке,
Чтобы было всё дальше в порядке.
Принесу я гирлянду сосисок,
И салатика полную миску,
И кофейничек, полный горячим,
И не дам… ну пока не заплачешь)
Almond: Thinnad я так думаю, дам нужно держать в строгости)))
Almond: Thinnad а как?
Thinnad: Не так нужно с зайками, не так! Я тебе, как знаток длинных ух говорю
Almond: Thinnad неа)))
Thinnad: :rolley Так ты всех зай растеряешь, Ангел :biggrin
Almond: Наступило пятое мая,
Где же ты, дорогая?
Наверно, придешь шестого,
Примерно, в четверть второго.
Шестерка - число плохое.
Давай назначим седьмое?
А лучше - девятка мая,
Я в покер пока поиграю
С друзьями. Так ты звонила?
Вот странно, молчала мобила.
И скайп, и ВК с ватсапом...
Да не кричи ж ты, лапа.
Конечно, я жду, дорогая,
Ну, не сердись, моя зая)))
Almond: :fly
Li Nata: Это Тину) про с поры))
Li Nata: Да, это они))))
Аллен: Thinnad у меня с купидоном ассоциируется классический образ - пухлый летучий мальчишка в хитончике иль без, с луком и стрелами. Ну, купидонами еще картины расписаны, потолки во дворцах и скульптуры слеплены. Я про него говорила, если честно. Не знаю, о чем вы подумали. Про пчел и мед ничего не скажу - жуткая аллергия, обхожу стороной и то, и другое
Li Nata: Thinnad с!
Thinnad: хотя, возможно, это были с поры
Li Nata: Я думаю, что идеи у нас совпали))
Li Nata: Thinnad ооо
Thinnad: Li Nata, я даже знаю, откуда они пыльцу собирали ^^
Li Nata: И они делают неправильный мед :rolley
Li Nata: Thinnad Тин, это какие-то неправильные пчёлы!
Thinnad: Аллен, у тебя какой-то неправильный купидон :rolley
Thinnad: 8) А то ж! Какая мужественность, если попки отсутствуют? Логично)))
SBF: Э-э... мне представлялся более мужественный образ. Но, возможно, шаловливые ручки и попки - тоже неплохо.
:fly
Аллен: Thinnad , это когда пухлые ляжки, голая попка, златые кудри и голубиные крылышки?
Thinnad: как купидончика :rolley
SBF: Личностное впечатление. Но, в принципе, потому что: эльф по жизни. порывистый и летящий, но при этом профи. Легко могу его себе представить с луком и стрелами.
:)
Androctonus_616: Почему? ))
SBF: Вообще-то хотела сослаться на картинку, но что-то не получилось.
Просто вчера по СТС показывали хоббитов, и я, наконец, поняла, с кем у меня всегда ассоциировался Тин - с Леголасом!
:sun
SBF: Э-э... ушла какая-то удивительная ссылка. Прошу прощения.
SBF: 
Fitomorfolog_t: Alizeskis :cancan
Alizeskis: Одно из видов счастья - закончить писать большую долгоиграющую историю :sun
Li Nata: :ashamed :sun :sun
Li Nata: я корыстная, плохая, аааа! *плачет
Li Nata: а потом подумала что это готовая идея для рассказа... новый вариант царевны лягушки, мужской) ироничный и суперский можно написать.
Li Nata: Thinnad сначала хотела написать, ой, не надо, ты ж :my_treasure
Li Nata: Больше солнца, больше! Это точно))) вот :sun :sun :sun
Thinnad: кстати хорошее имя. гоблин по имени Воблин
Thinnad: Ну прикинь - пупырчатый квакающий ельф. Это уже гоблин какой-то. Во-блин - гоблин
Thinnad: Потому нужно больше солнца! Хотя бы в чатике

Только зарегистрированые пользователи могут отправлять сообщения, Регистрация и Вход
Всего на линии: 988
Гостей: 984
Пользователей онлайн: 6

Пользователи онлайн
Anaptix
Даниил Колтаков
Agnes
Птица
Apollinaria
GennadyDobr

Последние 3 пользователя
Алвате
Jordan
Vintzilla

Всего произведений – 3647

 

Академия. Первый семестр

  Рейтинг:   / 2
ПлохоОтлично 
fitomorfolog_t
«Космобиолухи» Ольги Громыко
Elviel, Tarrin, Bisey
Теодор и другие
Приключения,Фантастика
ОМП, ОЖП в количестве
гет
PG
Повесть. Часть первая
Преканон. О королях и капусте... тьфу, о пилотах и...
закончен
Мир и главный персонаж - О.Громыко
Размещаю сама
Этот текст можно читать, не зная канона. Охватывается период в два года - четыре семестра.

Академия

Пролог.

prolog Голубоватое солнце стояло совсем невысоко, но тем не менее пригревало. Над белым учебным корпусом возвышался купол обсерватории, а стену украшала цветная мозаика, изображавшая Первого космонавта в стилизованном скафандре. Вряд ли брезгливо поджатые губы Первого были результатом гениального творческого замысла, но получилось удачно.

Рослый темноволосый парень, видимо, впервые столкнулся с подобной интерпретацией образа Первого, потому что остановился, присвистнул и пару секунд разглядывал изображение, но потом всё-таки двинулся дальше.

Дорожка, выложенная сероватой плиткой, привела его к широким массивным дверям с традиционными колоннами и ступенями. Напротив них парень обнаружил то, что вызвало столь явное неодобрение Первого. Выполненный в духе лаконичного монументализма юноша из серебристого металла сжимал в объятиях такую же девушку, символизируя то ли расставание, то ли встречу, то ли — учитывая обступивший парочку кустарник — бурную курсантскую жизнь. Парень ехидно сощурился, растянул рот до ушей  и поднялся по ступеням.

Здесь он посерьёзнел, остановился ещё на секунду, словно бы собираясь с мыслями, наконец дёрнул дверь на себя, и она распахнулась на удивление легко.

Парень вернул ухмылку обратно на физиономию — он надеялся, что выглядит теперь достаточно спокойно и уверенно — и сунул в прорезь турникета совсем новенькую паспортную карточку. Турникет погудел, мигнул зелёным и выплюнул листочек пластика. «Уважаемый Теодор Лендер! Мы рады приветствовать Вас в стенах нашего учебного заведения. Абитуриенты, зачисленные в Академию…» Далее сообщался список кабинетов, которые надлежало посетить по прибытии. Начинать рекомендовалось с кабинета 205, который, видимо, находился на втором этаже.

Ниже жирным шрифтом было набрано вежливое предложение оставить крупногабаритные вещи в гардеробе.

Гардероб оказался рядами металлических шкафов, разбитых на ячейки, наподобие тех, что бывают в автоматических камерах хранения, только узких и высоких.

Теодор с видимым облегчением спустил на пол глухо брякнувший рюкзак, однако попытка втиснуть его в узкую ячейку провалилась. Нимало не смущённый этим обстоятельством, парень распустил завязки рюкзака и начал выкладывать содержимое прямо на пол, выстраивая из него стены и башни, как из детских кубиков.

— О-о! Да тут на всё время обучения хватит!

Теодор выпрямился и уставился на кареглазую девушку в синей форме с курсантскими нашивками, затем жизнерадостно оглядел припасы.

— Думаешь, дольше пары недель не продержусь?

— Ну-у… вообще-то на первом курсе многие на математике сыплются. Ты на какое отделение?

— Пилотирования и навигации. А ты с какого?

Глаза у неё, оказывается, были не совсем карие, а словно бы с прозеленью, и с тёмным ободком вокруг радужки, а нос усыпан едва заметными веснушками.

— Обеспечение безопасности полётов, а что?

— А, диспетчер, значит.

— Нет, инженер аварийно-спасательных работ.

— Круто! А форма — это обязательно?

— На военке обязательно, ну и на экзаменах, — девушка улыбнулась. — Но она удобная.

Выглядела курсантка — как на рекламном плакате «Летайте с нами»: гладко причёсанные тёмные волосы уложены на затылке в хитрый узел, на жакете, ловко облегающем талию — ни единой лишней морщинки или складки, осанка — как у танцовщицы, а в движениях — ни малейшего следа скованности. Такой бы в стюардессы, а не в инженеры чего-то там. И — да, точно: для полного сходства с плакатом за плечом девушки надо было бы поместить атлетически сложенного подтянутого пилота с мужественным и открытым лицом.

— Да, тебе идёт, — признал парень, который уже успел мысленно пририсовать пилоту чёрные волосы, карие глаза… короче, ту самую физиономию, которая каждое утро приветствовала его из зеркала. — Кстати, меня зовут Тед. А тебя? Должен же я знать, кто меня будет спасать?

Девушка явно хотела сказать что-то на редкость ехидное, у неё даже губы дрогнули. Но в последнюю секунду сдержалась.

— Передавай Мэйдэй на общей частоте, — посоветовала она и развернулась, чтобы уйти.

— Погоди! Комната 205 — это где?

— На втором этаже слева, до конца по коридору, — бросила девушка. — Это учебная часть.

— Спасибо, — но это Тед сказал уже вдогонку.

Со спины девушка, кстати, тоже была ничего — при каждом шаге она отрабатывала икроножными мышцами, словно бы досылая тело вперёд, и от этого её походка выглядела особой, летящей. Может, и правда танцовщица? Или бегунья?

Повторная загрузка рюкзака удалась как нельзя лучше, и Тед, сунув ключ от ячейки в задний карман джинсов, взбежал по лестнице.

В комнате 205 пожилая альфианка приняла у него паспорт и на этот раз не ограничилась засовыванием в считыватель, а внимательно изучила, сверив изображенное на карточке лицо с оригиналом. Оригинал был должным образом лохмат и смугл, и альфианка, успокоенно всколыхнув роскошным двойным бюстом, вернула карточку.

— Пожалуйстаа, присаживайтесь, — гортанно пропела она. — Даваайте документы, и заполнитее вот эту форму.

Теодор сел, расстегнул сумку и, покопавшись, достал пластиковую папку. «Форма» оказалась стандартным заявлением о зачислении и перечнем принятых документов. Тед заполнил на планшете нужные графы, поставил подписи везде, где стояли галочки, и принялся ждать.

— Всё-о в порядке-е, — объявила наконец альфианка. — Располагайтесь в общежитии. Торжественная церемония вручения курсаантских значков завтра в девять. Настоятельно-о рекомендую привести свой… — она критически осмотрела парня — внешний ви-ид в соответствие с требованиями Академии.

Она пошуршала биоклавиатурой, погремела чем-то в ящике стола, повернулась и, открыв сейф, достала жестяную коробку. Теперь она бренчала чем-то в коробке. Через минуту поисков она нашла нужное — это оказалась пластина электронного ключа с нанесённым на её поверхность номером.

Теодор принял ключ, опять расписался — на этот раз в его получении — затем, как ему и было предписано в листе, выданном на входе автоматом, посетил комнату 517, комнату 108 и комнату 406 — именно в такой последовательности. В результате он стал обладателем свёртка с формой, направления в медсанчасть, листа талончиков в столовую и пухленькой книжечки, озаглавленной «Устав Лётной Академии». На первой страничке Устава было оставлено место для имени и фамилии, а на последней значилось: «С Уставом ознакомлен», и дальше — поле для подписи. Парень пролистнул странички, перегнув брошюру и прижав её край большим пальцем, после чего с чувством выполненного долга расписался. Теперь он каждой клеточкой кожи ощущал себя полноправным курсантом.

 

 academia1

 

Семестр первый. Глава первая. Начало

 

 1glava Корпус общежития находился неподалёку, но был скрыт высокой растительностью. Густые оранжевые и золотистые кроны деревьев, соломенно-жёлтая трава подстриженного газона и буроватый кустарник вдоль дорожек наводили на мысли о ранней осени, но пятипалый, как ладошка, лист, который Тед мимоходом сорвал, оказался сочным и мягким. Видимо, спектр местного светила лучше всего подходил именно для такой окраски.

Общежитие, как и главный корпус, было белого цвета, но гораздо более скромное — просто куб с широкими окнами, а наверху — стеклянная пирамида кровли. Должно быть, на верхнем этаже находился зимний сад или зона отдыха. По вертикали здание расчерчивали блестящие линии водосточных труб, а вдоль каждого этажа шёл узкий карниз.

Теодор глянул на пластину электронного ключа и толкнул створку.

К удивлению парня, при входе обнаружился не только турникет, но и живой вахтёр. И не какой-нибудь там старичок-пенсионер, а крепкий накачанный мужик лет пятидесяти.

Теодор протянул ему ключ — как он понял, тот служил и пропуском — и мужчина кивнул. Ключ пришлось приложить к пластине устройства — вахтёр скосил глаза на вирт-окно, ещё раз кивнул, и створки турникета щёлкнули, распахиваясь.

«Ну ничего ж себе!» На родной планете Теодора пропускной режим был почти фикцией.

Тед почти миновал устройство, когда оно издало предупреждающий писк.

— Оружие? — спросил вахтёр, снова бросив взгляд на вирт-окно и указывая на сумку. Неизвестно, что такого особенного было в его голосе — на первый взгляд ничего, кроме добродушной усмешки — но парень остановился.

— Да так, — с небрежной уверенностью завзятого уличного драчуна ответил он. — Память о доме.

— Ну-ка? — и опять вроде бы ничего, кроме доброжелательного любопытства. Но тон такой, что не откажешь.

Теодор расстегнул сумку и вытащил короткий ломик, завёрнутый в мятую клетчатую рубашку. Вахтёр кивнул, протягивая руку, взвесил ломик на ладони — и внезапно крутанул его с неуловимой быстротой.

— Ну, раз память о доме, повесь на стенку и не выноси, — и вернул ценный предмет владельцу. — А в рюкзаке?

Рюкзак на вирт-окне высвечивался сплошной тёмной массой, и вахтёр чувствовал некоторую оторопь — на обычные джинсы-майки-полотенца это явно не тянуло.

Пришлось снова распаковать поклажу и, ко всё большему удовольствию тихо веселящегося мужика, явить свету тридцать две банки тушёнки говяжьей, паштета куриного, перцев фаршированных, кукурузы сладкой, фасоли белой, красной и зелёной стручковой.

— Небось матушка в дорогу собрала?

Тед слегка помрачнел.

— Нет, сам взял, — нехотя бросил он.

— Вот как, — с пониманием отозвался вахтёр. — Зайцем решил ехать? И что, получилось?

— На второй день поймали, — Теодор принялся складывать банки обратно.

— А воду на корабле оставил?

— А про воду-то я и не подумал, — при виде ехидно сощурившихся глаз собеседника парень и сам фыркнул, посмеиваясь над собой.

— Ну ладно, проходи давай. Твоя комната на четвёртом этаже. Столовая на первом, и медпункт там же, если понадобится.

«Серьзный мужик», — Теодор так и не понял до конца, откуда у него возникло это ощущение. Но вот — да, серьёзный.

На нужном этаже парень быстро нашёл свою комнату. Из-за двери слышались звуки — какая-то классика, точнее определить Тед затруднился. Дверь была заблокирована, и он, вместо того, чтобы вложить в паз ключ, постучался.

За дверью завозились, и ломающийся голос отозвался: «Войдите!» Сенсор вспыхнул зелёным.

Тед вошёл. На полуразобранной койке валялся светло-русый хлюпик. В руках у него была головоломка из цветного пластика, но сейчас он отвлёкся, разглядывая будущего соседа с живым любопытством.

— Привет, — Тед прошёл в комнату и сбросил рюкзак на свободную койку. — Я — Тед. А ты?

— Кирилл. Можно — Кир. С Новой Аквитании-2.

— А Старая Аквитания где? — озадачился Тед.

— Где-то на Земле.

— Ага, очень информативно, — добрая половина планет, население которых составляли земляне, называлась по имени никому не ведомых земных городков или областей. — А ты давно прилетел?

— Уже неделю назад.

Тед отстегнул клапан рюкзака и в третий раз за день принялся вытаскивать консервы.

— Ого! — глаза Кира расширились. — Консервы из натуральных продуктов! Твои родители — миллионеры?

— Нет, фермеры. А что — это так удивительно? Тут ничего особенного…

— У нас на планете кремнийорганическая жизнь и добыча сверхчистого кварца, — пояснил Кир. — А терраформирование оказалось нерентабельным. Так что почти всё привозное — лекарства, одежда… На месте производят брикеты органики для синтезатора, и кое-что выращивают на гидропонике. А вот о таком, как у тебя, я вообще только читал…

— Правда? Тогда давай завтракать. Тебе какую?

— Всё равно, — Кир деликатно отвёл глаза.

— Ну, постепенно всё перепробуешь, — Тед наугад выбрал банку. Это оказалась стручковая фасоль. — Лови! А чем тут кормят?

— Есть местные продукты, натуральные. Вкус непривычный, и я ещё не всё знаю, есть белковая пища — твилл, кажется, они живут в море… — Кир повертел банку, обнаружил кольцо, за которое надо было потянуть, и вскрыл. — Пахнет вкусно!

— И на вкус ничего, увидишь! — Тед порылся в рюкзаке и протянул пластиковую ложку. Себе он выбрал банку сладкой кукурузы.

— А зачем тебе столько… о-о-у! Вот это да!

— А что тут вообще интересного? — парень явно не горел желанием обсуждать причину своей запасливости.

— Если хочешь, сейчас прогуляемся, — предложил Кир. — Сам всё увидишь.

Он тщательно облизал ложку, попытался вытрясти на неё ещё хоть капельку жидкости и с сожалением отставил банку. Тед поднялся, взлохматил волосы и приготовился следовать за соседом.

 

Территория Академии была гораздо больше, чем показалось при первом знакомстве. За учебным корпусом с колоннами начинался парк, и над коричневато-жёлтыми высокими деревьями виднелись крыши каких-то строений. Двое парней шли по изогнутой дорожке, обсаженной кустами — в ветвях одного из них Тед заметил крупное неряшливое птичье гнездо.

— Это старая обсерватория, а за ней — один из первых корпусов. Сейчас туда переведены кафедры математики и физики, — пояснил Кир. — А дальше — спорткомплекс. Спортивная подготовка тут серьёзная, меня с первого семестра записали в бассейн — он в цокольном этаже вон того здания. Там, где я рос, сплошная пустыня, я плавать не умею… А вот зачем космолётчикам плавание?

— Я думаю, тебе понравится, — откликнулся Теодор. — А тем, которые умеют, бассейн посещать можно?

— Да, но в качестве дополнительного курса.

Очередной изгиб тропинки привёл к спортивным площадкам — беговые дорожки, теннисные корты и футбольное поле.

— А вот там, дальше — факультет ракетостроения, — Кир указал на высокое здание из стекла и бетонопласта. — Теория двигателей и так далее… Там же — отделение механиков… то есть технической эксплуатации космических аппаратов… у них набор четыреста человек в год. А вон тот отдельный корпус — экологии…

Через полчаса молодые люди достигли территории, обнесённой высоким сплошным забором.

— Там — два лётных поля, большое и малое, ангары и ремонтные мастерские, — пояснил Кир. — Пока нам туда не войти, вот получим курсантские значки — тогда... Сорок пять малых орбитальных катеров, сто тридцать тяжёлых и лёгких флайеров и четырнадцать учебных космических кораблей…

Тед несколько ошарашенно посмотрел на забор — будто пытался что-то разглядеть сквозь ребристую серую стену со стойками силового поля по верхнему краю.

— Да-а…

— Ага, — в тон ему откликнулся Кир. — Давай вернёмся вот по той дорожке.

Дорожка проходила мимо стоящего отдельно здания госпиталя и затем вывела вновь к главному корпусу.

— Столовые есть в каждом корпусе, и ещё — отдельным строением, — Кир указал куда-то за кусты. — Талоны на питание принимают в любой из них.

— Ты мне ещё не сказал, сам-то на кого учиться будешь?

— На навигатора, — Кир улыбнулся. — При расселении учитывают будущие профессии и психологический профиль, так что я догадался, что ты хочешь быть пилотом…

— Ага… — Тед окинул взглядом идущую навстречу девушку. — А девчонок много набирают?

— Смотря на какое отделение, на нашем — примерно треть, но в основном навигаторы, среди пилотов девушки — редкость…

— Ну что поделаешь, — будущий пилот пожал плечами. — В конце концов, главное — выучиться, а уж там…

«Все девушки будут наши», — явственно читалось на его физиономии.

Кир хмыкнул.

— Постричься тебе надо, — добродушно сказал он. — Прицепятся…

— Что, курсантский значок не дадут? — ехидно и независимо отозвался Теодор.

— А зачем начинать обучение с невыполнения правил? — удивился Кир. — Ну… на занятия по военной подготовке не допустят, как минимум. И — а что, тебе это так важно… отличаться от всех? Или… — он подумал, и добавил самым нейтральным тоном, — нет другого способа отличаться?

— Ну, знаешь! — Тед вспыхнул, но спустя секунду заржал. — А ты ничего… тихий такой, а ехидный!

Кир хмыкнул, тоже пожимая плечами.

— Парикмахерская в том же здании, что и столовая, — сказал он. — И там же прачечная, если надо. Зайдём?

— Ну, раз так надо… — Тед подумал, — то сделаю это попозже! Последние часы свободы надо ценить! Айда в город! Разведаем местность.

Кир улыбнулся.

— Давай. Всё равно до вечера делать нечего.

 

Дома, примыкавшие к академическому комплексу, были старыми, нарядными, добротными. Тротуары пестрели цветной плиткой, а в полуподвальчиках размещались бары, кафе, магазинчики — вниз вели крутые ступеньки с козырьками навесов и яркими вывесками. Разведка показала, что во втором баре пиво мягче, а в третьем, отделанном изнутри «под дикий камень» и подсвеченном цветными фонариками, кроме спиртного, подают настоящий кофе — Кир во все глаза наблюдал за тем, как коренастый терранец, узкоглазый и черноволосый, ворочает турку в противне, заполненном раскалённым сиреневатым песком.

— Аметистовый песок с Шоарры, — спохватившись, пояснил он. — Примеси железа. Шоарра — основной экспортёр железа и его руд, а ещё — разных поделок из полированного кварца разных оттенков, от розового и серого до тёмно-лилового. Но сверхчистого кварца там нет.

— Тьфу ты. А я уж решил, что тебе кофе хочется.

— Хочется, — признал Кир. — Давай возьмём по чашечке.

«Чашечки» из коричневатого фарфора по размерам напоминали рюмочки, но кофе оказался удивительным — будущие астролётчики сошлись на том, что никогда не пробовали ничего похожего. Густой аромат с оттенком незнакомых пряностей странным образом напомнил обоим о том, что они уже не дома. И что эта планета — лишь первая остановка на пути в Космос.

После кофе решили было вернуться, но по дороге Тед застрял у витрины крохотного магазинчика и затащил Кира внутрь.

— О! Давно хотел такую штуку, — заявил он.

— У нас такое девчонки носят, — удивился Кир.

— Девчонки, скажешь! У девчонок — с цветочками. Ну или там с сердечками, — Тед вытянул из вороха пёстрых квадратиков ткани один и придирчиво осмотрел. — Вот, то, что надо!

Кир ошарашенно смотрел на нового знакомца, а тот буквально светился энтузиазмом.

— Теперь и постричься не страшно! Ну ладно-ладно, не смотри так! На военную подготовку я в этом не приду, обещаю!

И повязал на голову яркую тряпочку с изображением чёрно-жёлтого черепа в обрамлении оранжевых языков пламени.

Кир фыркнул, потом рассмеялся.

— Ну и видок у тебя! Как на картинке. Не хватает серьги в ухе и повязки через глаз.

— Ну при чём тут это! — слегка обиделся Тед. — Мне нравится, и точка.

— Ладно-ладно. Пошли уже… гроза космических просторов.

— Там посмотрим, кто чего стоит, — Теодор пожал плечами с самым независимым видом. — Вот увидишь...

 

Парни вышли из магазинчика и свернули налево, надеясь выйти на проспект Космонавтики — до ворот Академии можно было добраться за полчаса неспешной прогулки — но узкий переулок вывел на незнакомую улицу, та изогнулась вбок и закончилась тупиком, и пришлось поворачивать обратно.

И тут из-за поворота вышли двое подростков.

— Мужики, закурить не найдётся?

— Нет, не курим, — Тед испытал острое чувство опасности. Каждый из двоих — и даже оба вместе — на серьёзных противников не тянули, но глаза у них были мёртвые, волчьи. Повернув голову и инстинктивно уклонившись, он то ли увидел, то ли почувствовал, как что-то пронеслось мимо уха, сзади оказались ещё четверо, и всё смешалось.. Затылок прошила боль, в глазах потемнело, а потом оказалось, что он сидит, привалившись спиной к стене, Кир рядом вжимается в оконную нишу и дышит часто, приоткрыв рот, но сжав зубы, а за углом удаляется топот нескольких пар кроссовок.

— Чёрт! Ты как?

— Нормально, — Кир побледнел и сполз вниз.

— Надо же, вот и я тоже, — пробормотал Тед, лихорадочно прикидывая, что же теперь делать.

 academia1

 

Глава вторая. «Старик Державин нас заметил…»

 

2glava Комма на запястье больше не было. Тут будущий пилот сообразил, что всё равно не знает номера местной «скорой». Переулок был пуст, ждать, когда кто-то пройдёт? Может, это было бы умней, но Тед, опираясь спиной о стену, поднялся и наклонился к Киру — в глазах снова стало темно, и он протянул ладонь, касаясь шершавой поверхности и пережидая. Ощущение схлынуло, и тут Кир открыл глаза.

— Встать можешь?

— Конечно, — Кир поднялся, кривясь и выдыхая сквозь зубы, потом распрямился. Его левая рука быстро отекала, и он придерживал её правой.

— Тогда пошли, — Тед поддержал однокурсника под локоть здоровой руки.

Они выбрались из переулка. Проходящая мимо пара с испугом покосилась и ускорила шаги.

— Эй, погодите!

Но те не оглянулись.

— Вам помочь? — рядом остановился плотный мужчина в хорошем костюме.

— Да, нам бы «скорую» вызвать…

Через пять минут жёлто-белый флайер «скорой» опустился прямо на тротуар, и врач, худощавая женщина с невыразительным лицом, спрыгнула на коричневую плитку, окинула взглядом обоих парней и, безошибочно определив, с чего следует начать, раскрыла чемоданчик. Блестящий инъектор, неуловимо напоминающий стилос для школьной доски, прижался к коже, на руку Кира в мгновение ока была наложена пневматическая шина, и после непродолжительного осмотра тот был наконец передан на попечение медбрата, загрузившего пациента в машину. Докторша повернулась к Теду, и тот обнаружил, что ресницы у неё почти бесцветные, а в уголках голубых глаз — мелкие возрастные морщинки.

— Со мной всё в порядке, — поспешно заявил он, уклоняясь от прохладных, затянутых в тонкую резину пальцев, но те уже пробежали по затылку, снимая бандану и неприятно цепляя волосы. Тед принял из рук женщины цветной лоскут, влажный и липкий, докторша коротко бросила: «Потерпите», и он сел на подставленную медбратом раскладную табуретку, поворачиваясь так, как требовали пальцы.

— Ну вот и всё, — докторша собрала в пластиковый пакет несколько слипшихся тёмных прядей, закрыла флакон с жидким медицинским пластырем и стянула перчатки. — Голова не кружится? Тошноты нет?

И опять заставила повернуться, светя в глаза тоненьким фонариком.

— Да в порядке я, — Тед снова попытался уклониться.

— Вам всё равно следует поговорить с полицией, — женщина улыбнулась, и вдруг стало понятно, что до этого она была не равнодушная, а просто усталая. — Лучше сделать это в больнице, чем в участке, там будет удобнее. Если с вами и правда всё в порядке, утром пойдёте домой. У вас есть при себе документы?

— Да, паспортная карточка, — Тед сунул руку в карман рубашки. — Сейчас…

Он проверил карманы джинсов, потом — ещё раз — карман рубашки. Карточки не было.

— Тем более надо поговорить с полицейским, — женщина выпрямилась. — Может, есть банковская карта или студенческий ID? Вы учитесь?

— Да, но… — Тед вспомнил про завтрашнюю церемонию. — Нам курсантские значки только завтра выдадут.

Банковская карта нашлась в заднем кармане.

— Для оформления истории болезни этого достаточно. Вам помочь?

И протянула руку.

 

***

Тед проснулся в шесть утра, потому что услышал шаги и шелест одежды. Пахло больницей, и он приоткрыл слипающиеся глаза — над ним склонилась молоденькая девчонка в голубоватом коротком халатике и такой же шапочке, из-под которой выбивалась каштановая прядка. На бейдже было имя — Эржена — а чуть пониже, мелкими буквами — «практикант». Спать хотелось невыносимо — вчерашний вечер затянулся: ожидание в приёмном покое, осмотр врача, беседа с полицейским, потом Кира отвели в палату, но через час полицейский вернулся — на этот раз с подборкой фотографий и просьбой посмотреть, не опознает ли Тед кого-то из нападавших. Даже если бы они тут были, вспомнить их лица Тед был бы не в состоянии, о чём и сказал, но фотографии добросовестно просмотрел. Потом он пытался узнать, что с Киром — того увели куда-то ещё из приёмного покоя — но не преуспел и тут: неразговорчивый хирург, на ходу вглядывающийся в распечатку рентгеновского снимка, только пожал плечами и посоветовал отдыхать. Теодор постоял пару секунд, пробормотал: «Какого чёрта!» и решительно двинулся следом — хирурга он нагнал возле запасного выхода, тот приоткрыл дверь и чиркнул зажигалкой, затягиваясь и старательно не замечая настырного пациента.

— Послушайте же!

Но хирург не ответил — он урывал секунды отдыха, а рентгеновский снимок по-прежнему был зажат в пальцах левой, опущенной руки. Затем, уже разворачиваясь, мужчина бросил:

— Да всё в порядке с вашим другом, не беспокойтесь.

И прошёл мимо.

И вот теперь девушка сказала ту же фразу — «не беспокойтесь» — но не дежурно, тепло, а затем провела вдоль головы портативным меддиагностом, вгляделась в показания и прикоснулась датчиком к запястью, предплечью и где-то за ухом.

— Голова не болит?

— Нет, — соврал Тед. Потом, сообразив, что день впереди непростой и хорошо бы разжиться обезболивающим, неохотно признал: — Ну, так, слегка.

— Вот как, — Эржена удивлённо вгляделась в показания приборчика. — Отдыхайте, врач будет через два часа.

— Э! — Тед забеспокоился. — У нас в девять… мне надо… о, а где Кир? Ну, мой друг?

Девушка оглянулась, и Тед тоже повернул голову. Палата была на троих, на койке напротив лежал седой мужчина — сейчас он смотрел на парня с живым любопытством — а у окна виднелась русоволосая голова и белела повязкой рука, уложенная поверх одеяла.

— У вашего друга перелом локтевой и лучевой костей, — пояснила практикантка. — Но сейчас всё в порядке, концы костей зафиксированы, дальнейшее лечение он сможет получать в медчасти Академии. Врач будет в восемь, потом обход. Потом вам подготовят выписку.

— У-у… не успеваем! А нельзя раньше?

— Не успеваем на общее построение, — пробормотал со своего места Кир. — Но само вручение значков начнётся не раньше одиннадцати — у нашего факультета в главном корпусе, в Большой аудитории.

Тед нетерпеливо отбросил одеяло и вскочил, не обращая внимания на головокружение.

— А без выписки никак нельзя?

— Ну… — девушка посмотрела неуверенно. — Пожалуй, если вы напишете заявление о выписке под свою ответственность, вы можете идти. Но вашему другу лучше будет задержаться — необходимо проверить, как протекает срастание, и получить инъекцию регенеранта.

— А нельзя проверить и получить прямо сейчас? — с энтузиазмом откликнулся будущий пилот, беря практикантку за руку и глядя на неё с самым убедительным и проникновенным видом. Бросать приятеля казалось неправильным.

Эржена строго нахмурилась — отчего её лицо стало не более солидным, а, наоборот, очень юным — и отняла руку.

— Регенеранты получают строго по часам, — пояснила она.

Следующие два часа Тед то и дело нетерпеливо выглядывал в коридор, и в конце концов проходящий мимо медбрат сжалился и принёс одноразовый станок для бритья в упаковке и гель для душа.

— Не переживай, успеешь, — хлопнул парня по плечу и отправился дальше по своим делам.

 

***

Флайероавтобус высадил молодых людей на посадочную площадку у ворот Академии и взлетел. Кир, миновав ворота, свернул на дорожку, ведущую к общежитию.

— Ки-ир! Опаздываем же!

— Ты что, хочешь явиться на церемонию в таком виде?

— Вид как вид, — проворчал Тед. Лохмы благополучно прикрывали выстриженную проплешину, обезболивающее работало на совесть, и только дёргающее ощущение в затылке напоминало о том, что ссадину стягивает застывший на воздухе пластырь.

— Ну, кому как, — согласился Кир, с ног до головы оглядывая приятеля. На скуле того багровел синяк, костяшки пальцев были ободраны, а джинсы явно нуждались в стирке. — Я должен переодеться. А ты как хочешь.

— И в кого ты такой!

Тед, больше не споря, вцепился в локоть здоровой руки соседа, стремительно протащил того, как на буксире, к зданию общежития, кивнул охраннику — это был другой, не вчерашний — приложил ключ к турникету и начал подниматься по лестнице через две ступеньки, чертыхаясь из-за задержки.

Они ввалились в комнату, Тед разорвал упаковку со своей формой и оглянулся — Кир неловко, одной рукой сдёргивал с плечиков в шкафу новенькую рубашку.

— Эх, — с досадой сказал Тед. — Сейчас…

Руку Кира удалось продеть в рукав, но манжет не застёгивался.

— А где ботинки?

— В шкафу, в коробке.

Часы уже показывали без четверти одиннадцать, но надежда ещё оставалась. Пока приятель возился с брюками, Тед и сам стремительно переодевался, но со шнуровкой ботинок и с галстуком снова пришлось помочь. В рукав кителя повреждённая конечность не пролезла, пришлось просто накинуть его на плечи.

— Ну теперь-то пойдём!

Обезболивающее давало странный эффект — голова казалась лёгкой и звенящей, и, несмотря на почти бессонную ночь, а может, наоборот, из-за неё, стоять на месте не получалось.

Двое курсантов быстро прошли по дорожке к учебному корпусу — Кир едва успевал, морщась, но больше не позволяя тянуть себя за локоть, так что Тед то и дело обгонял и приостанавливался, поджидая.

В вестибюле на этот раз было полно народу — и будущий пилот рассекал толпу, преодолевая её сопротивление, как корабль, прошивающий стратосферу, преодолевает силу притяжения планеты. Кир осторожно пробирался следом.

— Спятил?

— Я нечаянно! — Тед придержал за плечи девушку, не давая ей упасть. — О, спасительница! То есть спасательница! Извини, я спешу!

И дёрнулся бежать дальше, но Кира и тут пришлось ждать — несносный навигатор присел на корточки, по одной подбирая разлетевшиеся мелочи, которыми вечно забиты сумки девчонок.

Девчонка тоже торопливо сгребала рассыпанное, явно смущённая тем, что ей помогает парень с рукой на перевязи. Тед, уже понявший, что проще помочь соседу закончить то, что он делает, поднял с паркета плоскую чёрную коробочку безумно элегантного вида и протянул хозяйке.

— Спасибо, — сердито сказала девушка. — Я уж думала, не догадаешься!

— Но я же извинился! — запротестовал Тед.

— Ты извинился, а твой друг помог, — парировала спасательница. — Это что, такой новый шик для будущих пилотов — лететь на первой космической и никого не замечать? Эх ты… орёл Манкс!

— У нас вручение значков сейчас, — Тед чувствовал нетерпение, но одновременно и неловкость: вот Манкс, должно быть, наплевал бы на правила, зато… что «зато»? Проявил бы вежливость? Воспользовался случаем свести знакомство? — А Кир руку сломал, мы только что из больницы. Ну давай забудем, а? Мы и правда опаздываем.

— А что, если опоздаешь — не бывать тебе пилотом?

— Да нет, но…

— И значок тебе вручит не сам великий Нолан, сегодня, а секретарша учебной части, завтра… Но ты не переживай, — безжалостно продолжала девица. — Если доживёшь до выпуска — сможешь пожать ему руку, когда он будет выдавать тебе диплом!

По вестибюлю разнёсся мягкий, протяжный перезвон. На дисплее над входом цифры «10.59» сменились на «11.00».

— Ну вот, там сейчас начнут! Ну как ты не понимаешь… эх! Да я об этом всю жизнь мечтал!

Лицо девушки едва заметно смягчилось.

— Погоди, — твёрдо сказала она. — Сейчас там будут вставать и петь гимн Академии, а потом Нолан будет толкать речь, так что лучше подожди минутку. И наклонись.

И решительно коснулась повреждённой скулы чем-то мягким и чуть влажным.

— Да мне в больнице регенерантом всё обработали! — взвыл Тед.

— Ага, а я запудриваю, — хладнокровно пояснила спасательница. — Раз уж ты вваливаешься на церемонию с опозданием, хоть не будешь выглядеть как новобранец после первой увольнительной.

— У-у! — теперь девушка что-то делала с его волосами. — Осторожней!

— Так? Всё, только галстук… ну вот, теперь гораздо лучше! — она отступила на шаг, оценивая результат своих усилий, затем поправила воротничок Кира. — Нолан — вредный старикан, и может невзлюбить из-за первого впечатления. Так что давай, вперёд. Заходите лучше через боковую дверь, не будет так заметно, что не вовремя.

Прославленный Нолан — вредный старикан? Но девушка явно знала, о чём говорила.

— Спасибо! — с чувством сказал Тед. — Может, всё-таки скажешь, как тебя зовут?

— Виолетта. Можно Ви, — спасательница снова посмотрела с непередаваемым ехидством. — А ты — Тед, я помню. Лети уже, надежда космофлота.

 

На втором этаже приятели легко разыскали широкие двери с табличкой «Большая Космическая аудитория». Чуть дребезжащий голос, усиленный микрофоном, был ясно слышен даже здесь.

—...Сто двадцать два полных кавалера ордена Славы, тринадцать генералов и тысячи славных воинов, тысячи тысяч пилотов, навигаторов, инженеров мирного, гражданского Космофлота — воспитанников Академии — вот простое, но убедительное доказательство добросовестного и умелого служения Академии делу мира и всему Человечеству. Я поздравляю вас, товарищи курсанты, с началом вашей учёбы, с тем, что вы отныне являетесь частью этого живого, сложного организма, орлятами, поднимающимися на крыло. Пусть наша Академия и впредь будет в первых рядах учебных заведений, готовящих лучшие кадры...

Тед нажал на створку и заглянул внутрь. Виолетта явно имела в виду не этот вход. Прямо перед ними торжественно синели форменным сукном с золотистыми проблесками пуговиц уходящие вверх плотно заполненные ряды амфитеатра, а слева в двух шагах стояла узкая кафедра с графином, стаканом и несколькими страницами распечатки. Всё это парень успел заметить за долю секунды. А затем он встретился глазами с резко обернувшимся сухопарым невысоким человечком. У человечка были реденькие седые волосы, брюзгливо поджатые губы и колючий, пронзительный взгляд. Нолан! Тед поспешно захлопнул створку и даже привалился снаружи — для надёжности.

— Где-то должен быть другой вход, — озабоченно сказал он.

— Иди сюда, — Кир уже открывал крохотную дверцу совсем рядом. Тед принял было её за вход в чулан — особенно по контрасту с первой, парадной — но дверь вела на узкую тёмную лестницу с деревянными полированными перилами и скрипучими ступеньками. Поворот, ещё пролёт вверх, и ещё — и новая дверца, полуоткрытая. Теперь они находились в верхней части аудитории, сбоку от длинных узких помесей парт и скамеек, и как раз рядом, на ступеньку ниже, было два свободных места. Ребята быстро и почти бесшумно скользнули туда, но едва заметная пауза в речи сказала им, что они не остались незамеченными.

Тед оглядел пространство перед собой. Большая часть затылков с аккуратными стрижками принадлежала парням, но попадались и девчачьи «конские хвосты», и уложенные вокруг головы косы, и кудряшки. Узкая кафедра и длинный покрытый зелёным сукном стол находились далеко внизу, и отсюда старик казался ещё меньше — хрупкий как птица, неспокойный, с порывистыми движениями — это было заметно даже сейчас, когда он просто стоял и говорил.

— …Желаю Академии — её курсантам, преподавателям и руководителям — новых и еще больших успехов в деле подготовки наших соколов, в деле воспитания честных, дельных, умелых и преданных…

— Надо же, Нолан… — изумлённо пробормотал Тед.

— Ну да, ты же знал, что он тут будет, — не понял Кир.

— Сорок боевых вылетов, орден Славы, два «Багряных сердца»… Ты знаешь, что его чуть не комиссовали по ранению, но он настоял на том, чтобы вернуться в строй? Он — легенда Космофлота, почти как Манкс, только тот помладше лет на двадцать… Ему почти семьдесят, а он всё ещё летает…

— И что?

— Да я просто не ожидал…

— Чего? Того, что в семьдесят человек выглядит не так, как в тридцать?

Тед пожал плечами. Чего именно он «не ожидал», объяснить было трудно.

— Да что там «летает»! — развернулся к ним слегка раскосый черноволосый крепыш. — Вы знаете, что прошлой зимой он ещё выезжал с курсантами на тренировку на выживание? Смеялся, что любому двадцатилетнему даст фору, и так оно и вышло!

— Ну вот видишь! — Тед сказал так, будто Кир возражал.

— Он читает первому курсу историю космонавтики, — подключился паренёк с верхнего ряда. — А на зачёте сущий зверь — ну, мне так говорили.

— А я слышал, что он прилюдно сказал ректору: «Я знаю, что вам не терпится меня похоронить. Не дождётесь! Я вечен, как Дункан МакЛауд!»

— Как кто? — ошарашено переспросил Тед.

— Неважно. Один вечный хмырь.

Теперь в негромком разговоре участвовали человек пять.

— Молодые люди, — старческий фальцет ударил из динамиков так, что Тед ошарашенно выдохнул. — Я попросил бы относиться к старшим с пиететом и слушать внимательно!

По рядам пронёсся шумок, кто-то отчётливо хихикнул. Затем упала тишина.

Нолан закончил речь, и к кафедре стали вызывать каждого из курсантов. Декан факультета, пилот первого класса Алекс Саякин передавал Нолану номерной значок, и тот прикреплял его к лацкану первокурсника. Затем следовало рукопожатие, а с места тем временем вставал следующий вызванный.

— Джон Аддерли… Зоя Александер… Баррингтон… Бейкер…

Каждому получившему значок хлопали, и секретарю приходилось пережидать аплодисменты, чтобы назвать новую фамилию.

— Теодор Лендер!

Тед спустился вниз и подошёл к старцу. Тот улыбался одними губами, но глаза оставались колючими — он явно не забыл ни опоздания, ни неуважительного шушуканья. Нолан уже протянул руку к лацкану слегка наклонившегося рослого курсанта, но тут заметил тщательно припудренный синяк. Пару секунд он вглядывался, слегка щуря блекло-голубые глаза, затем внезапно сказал:

— Вот это по-нашему! «Вчера прибыть в Мадрид — и с места любовь, нежданная невеста и поединок в семь часов!»*

И, пока Тед пытался проморгаться, осмысливая непонятные слова, приколол значок и подтолкнул парня прочь — со стороны это выглядело так, словно великий Нолан похлопывает его по плечу.

 

***

— Ты говорила, Нолан — вредный старикан, — напомнил Тед. Они сидели в столовой — Кир, Тед, Виолетта и её подруга Лилиан. Кир, который мог действовать только одной рукой, взял тефтели из мяса твилл, а Тед — стейк. Мясо было жёстким, а нож — тупым, но будущего пилота это не смущало.

— Вообще-то сказать так — значит ничего не сказать, — пояснила Ви. — Он несносен. Его ненавидят. Над ним смеются. Его уважают. Им восхищаются.

— И всё это одновременно? — поразился парень.

— Ага. А вот равнодушных нет.

Светленькая коротко стриженная Лилиан молча кивнула, подтверждая слова подруги. Она казалась более тихой и сдержанной, чем Ви, и совсем не походила на ту внешне — этакая серая мышка, но первое впечатление быстро рассеивалось: у неё были такая же спокойная осанка и такие же уверенные, точные движения хорошо тренированной спортсменки. А манера слушать собеседника, чуть повернув и наклонив голову, ещё больше усиливала сходство.

Тед немного подумал. Что-то тут не сходилось.

— Я одного не понимаю, — сказал он наконец, отодвигая опустошённую тарелку и взявшись за чайную ложечку. — Он же, как и все космолётчики, должен был проходить тренинг на повышение психологической совместимости. Как его допустили до полётов, если он… такой?

Ви нахмурилась.

— Ну, я же не знаю, каким он был в молодости, — пояснила она. — Но ведь у него было два тяжёлых ранения, оба — в голову…

— Два «Багряных сердца», — подтвердил Теодор.

— Ну да. А при повреждениях мозга характер может меняться. Так что возможно, он не всегда был таким… эксцентричным.

Тед кивнул, принимая объяснение. В конце концов, человек с заслугами Нолана может себе позволить быть несносным.

— Впрочем, черепномозговые травмы не мешают ему быть известным специалистом в области аэродинамики, — добавила Ви и, видя удивлённое лицо Теда, рассмеялась: — А ты думал, он только практик? Мало же ты знаешь о ходячих легендах…

— Была одна история, — сказала Лилиан, откидываясь на спинку стула и спокойно сложив руки. — Нолан тогда заведовал лабораторией. У него была лаборантка, фактически — секретарша, сидела на видеофоне, оформляла заявки на оборудование и так далее. Немолодая уже тётка, она там ещё до Нолана работала. Когда начался кризис — это было лет десять назад — за какие-нибудь два-три месяца цены подскочили так, что лаборантской зарплаты хватало ровно на то, чтобы доехать до работы и обратно. А про еду и квартиру можно было забыть. Нолан, как и все, начал искать выход, и ему удалось получить межпланетный грант, позволивший выплачивать прибавку к зарплатам сотрудников. Ну и — многие эту прибавку получили. А эта женщина — нет. Он ей пояснил: «Тебе не нужно. У тебя отец получает достаточно, чтобы тебя содержать».

— Свинство, — с чувством сказал Тед. — При чём тут отец? Он не обязан платить за то, что его дочь работает на Нолана.

— Вот и она так рассудила, — кивнула Лилиан. — Рассказывала всем, что не для того терпит дурной характер завлаба, чтобы с ней вот так обходились, и что отец не обязан давать ей деньги. И что никто не может упрекнуть её в некомпетентности. И что она тут работала до Нолана и ещё поработает после него. И её отец тоже обиделся. Он с Ноланом был до того в неплохих отношениях, а тут — мебель пополам, детей в форточку. Они с тех пор так и не помирились. Но Нолан не стесняется наживать врагов.

— Ты их осуждаешь? Тут любой бы обиделся.

— Ага, — Лилиан опять кивнула. — Я это откуда знаю — моя тётя тогда тут работала, а у неё была подруга в бухгалтерии. Ну и вот…

— Что?

— Ну подумай сам. Грант ведь не резиновый. Этой женщине мог помогать отец. А в лаборатории были такие, кому помощь получить было неоткуда. Нолан дал прибавку не тем, кто больше заслужил, а тем, кому было нужнее.

Тед подумал.

— А почему он не объяснил этого той женщине? — спросил он.

— Нолан вообще редко объясняет, почему поступил так, а не иначе, — девушка пожала плечами. — Ну а тут он, возможно, решил, что и так всё понятно — он же на самом деле всё сказал. Открытым текстом.

— Ну… значит, всё в порядке, — Тед облегчённо улыбнулся и придвинул десерт. Картина мира, которая пять минут назад попробовала было перевернуться с ног на голову, снова стала привычной. Хорошие остались хорошими, плохие — плохими. А о вселенских сложностях пусть размышляет кто-нибудь другой. Ви улыбнулась.

— Простой ты парень, Тед, — сказала она. — Даже не знаю, завидовать или радоваться тому, что ты — не я.

А вот Кир молчал. Только переводил глаза с одного участника разговора на другого.

— А отец той женщины — он кто? — внезапно спросил он.

— Ректор Академии, Росси, — Лилиан поморщилась. — И вот с тех пор они с Ноланом на ножах… ну я же говорю — врагов Нолан наживать не стесняется.

— А кстати, что он тебе сказал? — заинтересованно спросил Кир.

— Я не понял… — Тед задумался, припоминая. — «Любовь, нежданная невеста и поединок в семь часов». Ерунда какая-то.

Молодые люди переглянулись.

— Не знаю, что это значит, — сказала Ви. — Надо будет в сети порыться.

— Ну, это же Нолан, — добавила Лилиан, как будто это всё объясняло.

___________________

*Хуан Руис де Аларкон. Сомнительная правда.

 

academia1

 

Глава третья. Личная жизнь, или Звуки музыки

 

3glava Порядки в Академии сильно отличались от того, с чем Тед сталкивался в школе, но парень был общительным и любопытным, и быстро освоился. На второй день занятий он пришёл в джинсах — ведь ношение формы было необязательным, да? — но уже через несколько дней понял, что лучше ходить в казённом: так делали те курсанты, которые не могли или не хотели висеть на шее родителей, а таких было большинство. Зато некоторые из тех, кто приходил на лекции в джинсах, покупали их отнюдь не на дешёвой распродаже — подчёркивая этим, что в подачках государства не нуждаются. Зачастую после выпуска этих курсантов ждали уже готовые места в крупных транспортных компаниях. Отношение к ним остальных можно было определить, как «симметричный ответ» — их называли «джинсовыми мальчиками» и «стилягами». И это была ещё одна причина ходить на лекции в форме.

В учебной группе было двенадцать человек, и раскосого крепыша Онгоя — того самого, который говорил, что Нолан участвовал в курсантской тренировке на выживание — выбрали её старостой. Дважды в неделю день начинался пробежкой по дорожкам спорткомплекса, в другие дни физподготовка включала тренировки на спортивных снарядах. Некоторые курсанты, не удовлетворяясь этим, ходили в какие-либо секции. Онгой, например, был обладателем разряда по вольной борьбе и теперь продолжал занятия; невысокий, почти хрупкий, хотя и подвижный Дим, самый младший в группе, темноволосый, но синеглазый и бледный, как эльф, неожиданно для всех записался в лыжную группу — до снега было ещё далеко, но за спорткомплексом была проложена дорожка со специальным покрытием, позволявшая тренироваться в тёплое время года. А третьекурсница Виолетта, та самая спасательница, действительно оказалась бегуньей — больше того, неоднократной победительницей студенческих соревнований.

Самого Теда бессмысленное нарезание кругов по дорожке не прельщало, да и другие секции казались ничуть не интереснее.

Остальные занятия проходили в трёх учебных корпусах — главном, физическом и ракетостроения.

— Очень много лишнего, — пожаловался однажды Тед Киру. — Вот например, философия. Или этика… ну вот зачем мне этика?!

— Ну, вообще-то, ты — представитель человечества, и по тебе будут судить обо всех нас… — Кир отвлёкся от конспекта и приглушил звуки очередного музыкального сопровождения, без которого, по его словам, не мог нормально работать.

— Бред. О нас и так судят — по пиратам и прочим отморозкам, — отмахнулся Тед.

— Ну значит, ты должен представлять лучшую часть человечества, — физиономия соседа по комнате излучала невинность.

— Ну ладно, а вот общая физика? Нам на лекциях говорят то, что я и так знаю. Зачем тогда было экзамен сдавать?

— Ничего, на втором курсе начнётся сопромат.

Тед скорчил рожу, долженствующую выразить, что он думает о сопромате.

— На тебя не угодишь, — с лёгким осуждением заметил Кир.

— Нет, почему? Побольше практики, поменьше ненужного… Даже историю космонавтики можно было бы ужать вдвое. И физру. Сейчас астролётчики почти не испытывают перегрузок.

— Ну, всякое бывает. Антигравитатор может отказать. А при резких манёврах он просто не успевает подстроиться.

— Ну, допустим… — неохотно признал будущий пилот.

— И вообще — это только первый курс. Много общих предметов. Потом будет больше специализации.

— Скорей бы…

— Мы тут только два месяца, а ты уже ноешь.

— Я не ною! — возмутился парень. — Я… это… стремлюсь в будущее, вот.

— Давай ты будешь стремиться не так громко, — сказал Кир, пытаясь за разговором продолжить работу.

Тед подошёл к соседу, заглянул через плечо и патетически продекламировал:

— «Наводнения — это значительные затопления местности в результате подъема уровня воды в море, реке, озере, водохранилище, вызываемого различными причинами». Слушай, Кирилл, как ты это выносишь? В космосе наводнение тебе не грозит, разве что поломка системы рециклинга воды. И вообще на этом языке говорить невозможно…

Кирилл в очередной раз оторвался от конспекта.

— У тебя язык хорошо подвешен, ты любого уболтаешь. А у меня так не выйдет. Вот скажи, что такое наводнение… если по-человечески?

— Ну… когда вода разливается и затапливает местность. Если там живут люди, могут быть жертвы, ну и разрушения тоже.

Кир фыркнул.

— А теперь встань по стойке «смирно» и доложи то же самое чётко и громко, — потребовал он. — И поедая глазами начальство.

— Ну вот ещё, стану я перед тобой тянуться!

— А перед Охреновичем?

Тед представил на месте Кирилла подполковника Ахремовича, старательно вытянулся и гаркнул:

— Товарищ подполковник, курсант Лендер к ответу готов! Наводнения — это когда вода выливается из берегов и разрушает дороги, коровники и амбары! Вследствие чего люди остаются без жилья, еды и средств коммуникации!

— Садитесь, Лендер, два, — проскрипел Кирилл. — Люди у тебя где живут, в амбарах или в коровниках? И с чего это они останутся без средств коммуникации? Всё, Тед, не мешай, разведка донесла, что завтра Охренович конспекты соберёт. И у вашей группы тоже.

— Ладно, тогда не мешаю! А списать дашь? — представитель лучшей части человечества плюхнулся на свою койку, вытянулся во весь рост и уставился в потолок.

Кир развернулся и уставился на лоботряса.

— Ты же сейчас ничем не занят. Сядь и напиши.

— Гражданская оборона — это потеря времени, — провозгласил Тед.

— Ты его и так теряешь.

Тед промолчал. Но через пару минут окликнул:

— Кир! А, Кир!

— Ну чего?

— Представляешь, у нас начались тренировки на симуляторе!

— Они уже месяц как начались, — на этот раз Кир даже головы не поднял.

— Да, но за этот месяц я так достал инструктора, что вчера он мне подписал разрешение на вечерние самостоятельные занятия!

— И что? — буркнул Кирилл. — «Определенный эффект дает также устройство прудов и других емкостей в логах, балках и оврагах для перехвата талых и дождевых вод».

— А давай я тебя потренирую? Сам говорил, у вас курс пилотирования совсем куцый.

Тут Кир взглянул с интересом.

— Было бы здорово, — протянул он. — А разрешат?

— А почему нет?

— Тогда спасибо!

— Благодарность беру натурой, — нахально заявил Тед. — Дай списать!

— Вымогатель. Ладно, замётано.

Полчаса прошло в относительной тишине.

Ещё через пятнадцать минут Тед понял, что вот это вот — «та-та-та-та, тарарам-пам-пам» — он слышит уже не в первый раз.

— Слушай, не мотай нервы, включи что-нибудь другое! — взмолился он.

— Да, конечно, — Кир продолжал сосредоточенно писать.

Ещё пять минут.

— Кир!!!

— Что?

— Смени музыку!

— Сейчас.

Ещё пять минут.

— Кир, если тебе так надо слушать музыку, давай я поставлю что-нибудь ещё!

— Хорошо, — сосредоточенно ответил напарник, не поднимая головы.

Тед встал, подошёл к вирт-окну, поколдовал — и внезапно комнату заполнил тягучий, мощный удар, а затем из динамиков рухнула Музыка.

Ошарашенный Кирилл возмущённо уставился на соседа.

— Почему ты выключил «Лебединое озеро»?

— Ты сам разрешил!

Им приходилось перекрикивать звук ударников.

— Когда?!

— Только что!

— Я не мог такого сказать!!! Послушай, мне надо закончить конспект.

— Заканчивай!

— Эта музыка меня отвлекает, — твёрдо сказал Кир. — И вообще, ты что, что-то имеешь против Чайковского? Он — величайший…

— Гомосексуалист, — непримиримо припечатал Тед.

Если бы не затопившие комнату звуки, можно было бы сказать, что упала тишина.

— Курсант должен помнить о толерантности. Недопустимо негативное отношение к разумным существам, основанное на их видовой, расовой, национальной или религиозной принадлежности, а также сексуальной ориентации, — ровно сказал Кир, цитируя Устав.

— Ты что, одобряешь?..

— Это не имеет отношения к музыке. И это его личная жизнь, которую я не хочу обсуждать. И вообще — это не доказано.

— Хорошо. Тогда давай обсудим нашу с тобой личную жизнь, — и, видя отвисшую челюсть напарника, Тед спокойно пояснил: — Купи наушники.

— Тебе не нравится?..

— Нравится. Но давай ты купишь наушники.

— Хорошо, — два парня смотрели друг на друга, набычившись, — но пока у меня нет наушников, а я хочу закончить работу, — пояснил Кир.

— Ладно, тогда я погуляю пока.

Когда, три часа спустя, Тед вернулся в комнату, Кирилл спал, подложив ладонь под щёку, а на рабочем месте Теда лежал аккуратный конспект. Тед сел и начал переписывать — сначала подряд, потом методом «через слово», затем — «через строчку».

Утром он, не открывая глаз, хлопнул ладонью по будильнику, повернулся на другой бок и попытался подремать «ещё пять минуточек». Рядом Кир, судя по звукам, собирался уходить, потом щёлкнул магнитный замок. Ещё через какое-то время будильник ожил снова.

— Теодор Лендер, через двадцать минут вас ожидают в аудитории 325-А, — сообщил он голосом Кира, и Тед рывком сел, продирая глаза. — Сегодня двадцатое октября, местное время семь часов сорок минут, температура за бортом — двенадцать градусов по Цельсию, облачно с прояснениями, ветер порывистый, скорость — до восьми метров в секунду…

Всё это Тед дослушивал — а точнее, уже не слушал — метнувшись в душевую, а затем торопливо застёгивая пуговицы форменной рубашки.

— Внимание! На востоке континента штормовое предупреждение. Возможно выливание воды из берегов, а также разрушение дорог, коровников и амбаров!

«Ну я тебе покажу!» — думал Тед, выскакивая из комнаты и захлопывая дверь.

Вечером, подходя к комнате, Тед снова услышал знакомые такты.

— Кир, а наушники?

— Я забыл, — рассеянно ответил Кир, выводя на вирт-окно решение очередной задачи по логике.

Тед вышел из комнаты и поднялся в зимний сад. Присев на скамейку и включив планшет, он начал готовить месть.

Рано утром Кирилл, торопливо собравшись и выпив кофе, выскочил из комнаты. До начала занятий оставалось всего десять минут — как раз добежать до корпуса и подняться в аудиторию. Тед тоже допивал кофе, но не спеша, и когда Кир ушёл, потратил ещё по крайней мере десять минут. На лекцию он опоздал, но Онгой, как выяснилось, не подвёл — отметил всю группу как присутствующую.

 

***

 

Тед поднимался по лестнице. Ему оставался ещё один пролёт, когда он, задумавшись, остановился, затем решительно спустился обратно до второго этажа, нашёл нужную комнату, постучал и, услышав отклик, вошёл.

— Ви, сегодня я ночую у вас, — объявил он, прикрывая за собой дверь и швыряя сумку в угол.

Судя по всему, он вломился в разгар тихого домашнего вечера. Обе подруги, Виолетта и Лилиан, одетые в серые тренировочные костюмы, сидели на узкой койке, подобрав под себя ноги и примостив рядом вазочку с мармеладом. Блестящие волосы Ви были рассыпаны по плечам. При появлении Теда девушки сдвинули в сторону вирт-окно — на нём застыло изображение какого-то инсектоида, то ли кадр из фильма ужасов, то ли задание по ксенопсихологии.

— Тедди, может, мы и не против, но — а почему мы узнаём об этом последними? — Ви спросила требовательно и слегка возмущённо, и Тед, всмотревшись в её глаза, вздохнул и твёрдо произнёс:

— Мэйдэй.

— У нас коврика нет, только два покрывала, — Лилиан, как всегда, была практична. И не могла не среагировать на условный сигнал. — Но если тебя устроит, пожалуйста.

— Да что угодно! — с чувством выдохнул Тед.

— Да что такое? — Ви встревожилась.

— Моя личная жизнь под угрозой, — тон парня стал мрачным.

— Твоя личная жизнь слишком похожа на общественную, — заключила Ви. — Очень много персонажей. Так что стряслось? Кир пригласил к себе Сэл, и поэтому ты не можешь пережить душевный кризис, лёжа в собственной койке?

Сэл была предметом неутомимого внимания Теодора, и не только потому, что училась с ним в одной группе.

— Хуже, — ещё мрачнее произнёс Тед.

— Ви, ты что, не видишь, это серьёзно! Тедди, так с кем ты поссорился?

— С Киром, — сообщил Тед похоронным тоном.

— Че-го?!

— С Киром!!

— Так, спокойно, — твёрдо произнесла Виолетта. — Сейчас разберёмся. Значит, Кир — твоя личная жизнь, и ты с ним поссорился. Так?

— Нет!!! — взвыл Тед. — То есть да! То есть нет, не в этом смысле!

— Тогда расскажи, наконец!

К тому моменту, когда Тед закончил рассказ, обе подружки лежали на койке в обнимку и рыдали. От смеха.

— И что, тебе удалось к каждому произведению подобрать рок-версию?

— Почти, — скромно сказал Теодор. — Но некоторые файлы пришлось заменить чем попало. Больше всего времени ушло на то, чтобы переназвать их так, как это было у Кира.

— И теперь ты боишься там показаться?!

— Да ничего я не боюсь! Просто… надо же дать человеку поразмыслить о жизни!

— Боишься! — припечатала Ви. — Но мы готовы оказать моральную поддержку! Идём! Сейчас!

Она решительно вскочила с места, увлекая к выходу Теда и всё ещё хихикавшую Лилиан.

Все трое поднялись на четвёртый этаж и подошли к комнате Теодора.

Из-за дверей доносились аккорды. Тед прислушался, широко раскрывая глаза.

Троица ввалилась в комнату — Ви вцепилась в запястье Теодора и тянула за собой, а Лилиан попросту подтолкнула сзади. Кир оглянулся и приглушил звук.

— Я даже не представлял, что «Лунная соната» в рок-обработке — это так здорово, — потрясённо сообщил он. — Спасибо, Тед! Теперь, если не возражаешь, когда ты будешь дома, я буду слушать это! — И, видя, как вытягивается лицо напарника, ухмыльнулся и помахал в воздухе небольшими чёрными наушниками. — Я купил. И — когда ты заменял мои файлы своими, мои ты просто свалил в «корзину». И забыл её очистить. Так что свои файлы я восстановил без труда.

— О, все Боги Космоса! — Тед хлопнул себя по коленям.

— Ну вот видишь, — Ви пыталась сохранить серьёзное выражение лица. — Личная жизнь удалась!

 

 academia1

 

Глава четвёртая. Первым делом — звездолёты

 

4glava Каждый день был похож и не похож на другой. Каждый день был обыкновенным, и в то же время — особенным. Но Тед ждал самого главного.

Наконец Тот Самый День настал. Сегодняшняя тренировка была уже не на симуляторах. Девять парней, в том числе непонятно как затесавшийся центаврианин Хахтанг, и две девушки — Сэл Бейкер и альфианка Аанден — в общем, вся сто одиннадцатая группа в полном составе — впервые явились на лётное поле.

День был по-осеннему ясный и даже тёплый. Сэл всю дорогу поддразнивала Дима — тому только на днях исполнилось восемнадцать, и девушка интересовалась, какие из свежеобретённых гражданских прав производят на него наибольшее впечатление, и какова она на вкус — взрослая жизнь, но теперь, на поле, наконец оставила паренька в покое. Шуон, невысокий, казавшийся ещё более полным из-за мешковато сидящего комбеза, поглядывал вокруг с благожелательным любопытством, катая в пальцах постукивающие цветные шарики: неделю назад, спрыгивая с турника, он сломал кисть, и теперь разрабатывал руку.

— Говорят, в первый раз инструктор к управлению не допускает, — сказал Онгой. — Только показывает…

И оглянулся на шеренгу катеров. Здесь, вблизи, они казались очень большими — во всяком случае, намного крупнее любого флайера, даже и грузового.

Тед хотел было выразить возмущение, но его опередила Сэл Бейкер.

— Но почему? А зачем мы тогда месяц симуляторы мучили?

И вскинула голову, как кобылка, не желающая взять трензель.

— Говоря-ат, это зависит от инструктора, — протянула альфианка Аанден.

— Или от курсанта, — подначил Дим.

— Тогда тебя и на пятом курсе не допустят, — фыркнула Сэл.

— Чья бы корова, — начал было Дим, но оборвал себя, глядя на подходившего старшего инструктора. — О, сейчас!

В другое время Сэл непременно среагировала бы на «корову», но тут только сдунула попавшую в глаза длинную каштановую чёлку и подобралась.

— Итак, напоминаю. К каждому из вас прикреплён инструктор. Ваше дальнейшее обучение — вплоть до пятого курса — будет проходить под его руководством. Машины закреплены за инструкторами, поэтому, пока вы обучаетесь пилотированию катеров, летать будете постоянно на одном и том же. Постарайтесь сразу запомнить бортовой номер.

Тед с любопытством разглядывал инструкторов, гадая, который будет «его». Вон тот, с благородной сединой и внимательными глазами? Или этот — невысокий, но ладный и подвижный?

— Инструктор Вяйно Аалтонен. Курсант Теодор Лендер.

«Его» инструктор оказался самым обыкновенным. Даже чересчур. Плотный, круглолицый, со слега вздёрнутым носом и голубыми глазами. Тед был  разочарован. Ну конечно, по внешности судить глупо, но хотелось бы чего-то более… героического.

Вслед за Аалтоненом он отошёл к машине.

— Катер МКО-11 является малым транспортным средством ближнего радиуса. Время его автономного нахождения в Космосе не превышает семидесяти двух часов, в отличие от катеров следующего поколения, МКО-12 и МКО-13, на которых значительно улучшены системы регенерации воздуха. Однако для учебных целей этого достаточно. На первом этапе мы отрабатываем элементы пилотирования в атмосфере…

Тед с трудом сдерживал нетерпение. Не было сказано ничего такого, чего он бы не знал — но, видимо, Аалтонен был редкостным занудой.

Наконец всё необходимое было сделано, а все неизбежные слова — сказаны, и машине разрешили взлёт. Тед протянул руку — это много раз отрабатывалось на симуляторах — но был мягко остановлен.

— Пока что я сам, — ровно сказал инструктор.

Эх...

Теду уже доводилось пилотировать грузовой флайер отца, правда, нечасто — раз шесть за последние полтора года, вообще-то — и ещё был тот полёт на космобайке… Так что он считал себя асом. Сидеть рядом с инструктором и изображать пассажира казалось даже чуточку унизительно.

— Сосредоточьтесь, — оказывается, Аалтонен тем временем что-то сказал, а Тед прослушал!

Машина мягко поднялась в воздух и начала набирать высоту, одновременно отклоняясь к северо-западу. Её траектория, высвечивающаяся на дисплее, практически идеально совпадала с предписанной, так же светящейся, но не зелёной, а оранжевой.

Стекло кабины давало хороший обзор, и Тед видел сначала стремительно уменьшавшиеся строения лётного поля и Академии, потом — бурые перелески и поля с блестящим изгибом речушки. Затем мимо замелькали рваные клочья облаков, и на некоторое время катер погрузился в сплошную белую пелену. А затем облака оказались внизу — бугристой жемчужно-розовой поверхностью, а в кабину ударило солнце.

На такую высоту флайеры обычно не забирались.

— Вот к этому никогда не привыкаешь, — внезапно сказал инструктор. Тед повернул голову. Аалтонен улыбался, и это тоже было неожиданно. Значит, не такой уж он и зануда! Затем лицо инструктора снова стало сосредоточенным, он тронул сенсор, и стекло кабины слегка потемнело.

— Мы находимся на высоте десять тысяч пятьсот метров, — с прежней обстоятельностью пояснил он, начисто игнорируя тот факт, что показания альтиметра высвечивались у Теда перед глазами. — И мы в заданном районе. Я передаю управление. Попробуйте набрать высоту десять пятьсот пятьдесят и выдерживайте её.

О!

Стараясь не показать неизвестно откуда взявшееся волнение, Тед потянул на себя колонку штурвала. Он был готов к тому, что угол тангажа изменится незначительно, но реальная машина вела себя не так, как… ну хорошо — не совсем так, как тренажёр. Тед попытался выправить машину, чтобы остаться на заданной высоте, и, когда та ухнула вниз, снова потянул штурвал на себя.

— Вы, случайно, не склонны к укачиванию? — флегматично поинтересовался Аалтонен через пять минут.

— Нет, — с негодованием ответил курсант, не желая признаваться, что он — разумеется, всего лишь на всякий случай — предпочёл сегодня воздержаться от завтрака.

В течение последующих минут Тед боролся с машиной, но потом дело пошло на лад.

— Неплохо, — по-прежнему флегматично отметил инструктор. — А теперь смотрите…

Машина словно бы сама собой опустилась до прежней высоты десять пятьсот, а затем ровно, как по ниточке, поднялась на пятьдесят метров и выровнялась.

— А теперь разворачиваемся на пятнадцать градусов к северо-западу…

 

***

Через полтора часа взмокший и измочаленный Теодор выпрыгнул на пластобетонное покрытие поля. Его одногруппники уже были здесь. Онгой ошалело мотал головой, Аанден улыбалась, Вик — так вообще сиял.

— Ух, — Тед отследил глазами приземление последней машины и дождался, когда Сэл, возбуждённо сверкавшая глазами, присоединится к группе. — Это дело надо отметить. Давайте вечерком куда-нибудь завалимся?

— Денег мало, — откликнулся Онгой. — А то бы в «Спокойной плазме» посидели…

— М-да… — согласился кто-то. — У меня совсем по нулям…

— Угу…

У Теда на карточке тоже было не густо — до стипендии оставалось всего несколько дней.

— Вам бы только в бар, — осуждающе заметила Сэл. — А мы с Аанден хотим танцевать. Аанден, ты ведь хочешь танцевать?

— Это-о было бы инте-ересно… — протянула альфианка. — Я-а учила человеческие танцы-ы, но ни разу не танцева-ала с партнёром-человеком…

— Но у нас десять парней и только две девушки!

Зеленокожий центаврианин Хахтанг улыбнулся с терпением и вежливостью человека… то есть — существа… впереди у которого вечность. Причислять его к «парням» было и опрометчиво, и — с его точки зрения — бестактно. Впрочем, к людскому непониманию таких очевидных вещей он относился со снисходительностью истинного представителя более старшей и мудрой расы.

— И что? Давайте пригласим знакомых! — это был выход, и Тед загорелся. — Уж на банку-другую пива деньги найдутся, и займём зону отдыха!

Курсанты зашарили по карманам, собирая мелочь и мятые купюры. К пиву решили купить чипсов и местного копчёного подобия осьминожек, Аанден заказала мороженое, а Сэл — шоколадку.

 

***

Вечером вся группа стянулась на верхний этаж — здесь стояли местные коричневатые растения в кадках, кое-где — скамейки и невысокие столики, но середина помещения была свободна. Онгой, за которым Тед и не подозревал таких талантов, пришёл с девушкой, невысокой и русоволосой; Дим привёл свою Нию — некрасивую, но с огромными тёплыми глазами, а Сэл пригласила подругу из группы навигаторов, Дину. Но девушек всё равно не хватало.

— И как я выгляжу? — поинтересовалась Сэл.

— Нормально, — отозвался Тед и, подумав, прибавил: — Сногсшибательно!

— Эх, пока не напросишься на комплимент — не дождёшься, — пожаловалась девушка. Выглядела она и правда замечательно — в непривычно-открытом коротком блестящем платье, с какими-то сверкающими штуками в ушах, а её длинные, до лопаток, густые и волнистые каштановые волосы лежали за спиной свободно и словно бы небрежно, и когда она поворачивала голову, в них проблёскивали золотистые искорки. Как именно девушки добиваются подобного эффекта, было выше разумения обычного среднестатистического обладателя игрек-хромосомы.

— И глаза у тебя — как звёзды, — спохватился Тед.

— Класса G или M? — немедленно уточнила подруга.

— Класса А, никак не меньше, — убеждённо заявил парень.

Он отплясывал под быструю музыку не слишком умело, зато с неослабевающим энтузиазмом.

— Тедди, тебе никто не говорил, что партнёрша нужна не для того, чтобы наступать ей на ноги?

— Ох, прости! — и всё же Тед довёл танец до конца, гадая, не слишком ли сильно упали его акции.

Как только музыка кончилась, его партнёршу перехватил Шуон, а Тед подошёл к Аанден.

— Слушай, я давно хотел спросить — почему ты решила стать пилотом?

Музыка снова зазвучала, на этот раз — медленная, и парень положил руки на талию альфианки, привлекая ближе. Ему было любопытно — но не только то, о чём он спросил. Хотя он уже полтора месяца как обучался с девушкой-ксеносом в одной группе и имел возможность наблюдать за ней, ему впервые довелось находиться так близко, прижимая к себе и улавливая тёплое дыхание. Её кожа едва уловимо пахла чем-то — приятно, то ли корицей, то ли яблоками — и в то же время запах казался абсолютно чужим, нечеловеческим. Аанден была очень высокой — лишь ненамного ниже его — и очень тоненькой, подтянутой, словно бы тянущейся вверх. Чёрные разводы украшали макушку и спускались на лицо, подчёркивая необычный разрез зеленоватых глаз. Сквозь одежду Теда касались маленькие груди — целых четыре. Но, вопреки всему, влечения не было, совсем. Теду захотелось поцеловать девушку — просто чтобы убедиться в этом — но, пожалуй, на глазах Сэл так экспериментировать не стоило. Поди потом докажи, что тобой движет лишь ничем не замутнённый интерес исследователя.

— У меня-а пять старших бра-атьев, — сообщила Аанден.

— И что?

— Сначала-а я особо не задумывалась — росла-а вместе с ни-ими и гоняла с их друзья-ами, — задумчиво сказала девушка. — А потом оказалось, что они — сильные и самостоя-ательные, а мне уже давно подыскали жениха. А, плева-ать! — с чисто человеческой небрежностью произнесла она, тряхнув головой, отчего тоненькие колечки в ушах зазвенели.

— Да, но почему именно пилот?

— У на-ас на планете это чисто мужска-ая профессия, — сообщила Аанден. — Женщина может быть главой корпора-ации или директором ба-анка. Но не пило-отом. И не хирургом. А мужчины мо-огут делать что хотят… Но я-а не хочу быть хирургом, — альфианка лукаво улыбнулась.

— Да уж, — посочувствовал Тед. Он ничего не понял — кроме того, что везде свои заморочки, а Аанден делает то, что хочет.

— Именно-о…

— Всё у тебя получится, — то ли пожелал, то ли пообещал парень. Он отвёл Аанден на её место и отошёл к столику с пивом. Все девушки оказались разобраны, Сэл опять танцевала с Шуоном, не обращавшим внимания на свою полноту и полностью поглощённым партнёршей, и Тед вскрыл новую банку — в том, чтобы не танцевать, определённо были свои плюсы.

— Ну и как она? — Онгой толкнул Теда локтем.

— Странно, — тихо ответил тот. — Вроде всё нормально, но…

— Что, смущает обилие грудей?

— Да нет, — Тед не мог определить словами, и наконец выдал: — Запах непривычный…

— И что? — староста группы недоумённо приподнял бровь.

— Не пойму…

Он поглядывал на Аанден — та танцевала теперь с невысоким зеленокожим Хахтангом — а затем нашёл глазами Сэл.

Наконец окончился и этот танец, Сэл сказала что-то партнёру, улыбнулась и подошла к Теду.

— Хочешь ещё танцевать?

Но девушка качнула головой. Её глаза блестели, да и вся она словно бы светилась, и Тед потянул её прочь. Они отошли в сторонку и оказались за огромной кадкой с каким-то деревом. Музыка заиграла снова.

Целоваться было почти так же увлекательно, как летать. Через несколько минут Сэл отстранилась.

— Погоди... кто бы мог подумать!

— Что? — Тед снова потянулся к девушке.

— Где же такому учат? — Сэл рассмеялась.

— Тут нужна тренировка, — скромно заявил будущий пилот.

— На тренажёрах отрабатывал? — не удержалась девушка.

— Ну вот ещё! Или ты считаешь, что мне необходимо упражняться в поцелуях на тренажёрах?

Когда они прервались в следующий раз, сбоку послышались шаги. Тед отстранился.

— Сэл, я хотела предупредить, что ночую не дома, — это была её соседка по комнате, Дина.

— О-о… — Сэл оглянулась на Теодора. — Э-э… Тед…

И почему-то смутилась.

Но не успел парень подобрать слова, чтобы как-то отреагировать на вновь открывшиеся обстоятельства, как Дина энергично добавила:

— И знаешь что, надо, наконец, что-то сделать с этой чёртовой розеткой!

— Точно, розетка, — спохватилась Сэл, вспыхнув, но не отводя взгляд. — Тед, ты умеешь чинить розетки?

— Розетки? — курсант пришёл в замешательство. Вот как это у девушек получается — непредсказуемо перескакивать с одной темы на другую и вспоминать о всякой бытовой ерунде в самый неподходящий момент? — Да ведь это просто… умею, конечно! И вы умеете, — на всякий случай напомнил он. — А что с ней?

— Не знаю, — Сэл пожала плечами. — Она с самого начала не работала.

— И что, вы за полтора месяца не нашли никого, кто смог бы вам помочь?

Девушки переглянулись и фыркнули.

— Такое важное дело не каждому доверишь, — пояснила Дина.

— Ну тогда надо было сказать коменданту, он прислал бы монтёра, — недоумение Теда возросло. Ох уж эта милая женская беспомощность. Особенно если вспомнить, как уверенно и точно Сэл орудует паяльником на практикуме по физике.

Но его слова почему-то ещё больше развеселили девушек. Так, словно «розетка» была паролем, кодом, понятным только этим двоим.

— Ну давай посмотрю… прямо сейчас? Ну что за спешка! А отвёртка найдётся?

— Поищем, — пообещала Сэл.

 

            ***

— М-м… Сэ-эл…

— Что?

— Если ещё что надо будет починить — кофе-машину там или выключатель — зови только меня.

— Я подумаю, — пообещала девушка. — Может, монтёр всё-таки лучше?

— Э-э!!! — вопль Теодора выражал крайнюю степень возмущения. — Он старик, ему сорок пять уже, и он плохо выбрит!

Сэл рассмеялась.

— Действительно. Где уж тут розетки чинить. Ну а если у нас ничего не сломается?

— Тогда тем более зови меня, — с энтузиазмом предложил парень. — Я это исправлю.

 

 academia1

 

Глава пятая. На войне как на войне

 

5glava Погода становилась всё холоднее, листья на деревьях давно облетели, а по утрам за окном было темно. Неумолимо приближалась сессия.

Однажды утром Тед отошёл от кофе-машины, помешал ложечкой сахар и поискал глазами, куда бы ему сесть. На его собственном стуле грудой лежали распечатки по математике и несколько непарных носков, на койке была разложена отутюженная форма — и он присел за терминал Кирилла.

— Тед, не нахальничай. Лучше бы свои вещи прибрал! — заметил Кир, возясь с тугой пуговицей манжета.

— А что такого? Тебе этот стул всё равно не нужен, — будущий пилот наклонил кружку и «покормил» биоклавиатуру соседа. Та выпустила псевдоподию, слизывая органику.

— Ну ты бы ещё мои трусы надел! — в сердцах брякнул Кир. — И почему это при расселении решили, что у нас психологическая совместимость?

Пуговицу наконец удалось пропихнуть в петлю, но вторую манжету приходилось застёгивать левой рукой, а время поджимало.

— Потому что ты — спокойный, неконфликтный и аккуратный, — пояснил Тед, снова плеснув кофе. — И компенсируешь своими достоинствами мои недостатки.

— Это я неконфликтный? Отдай кружку!

Кир бросил неподатливый манжет и шагнул к напарнику.

— В каком смысле «отдай»? Это моя кружка! — опешил будущий пилот.

— Ещё не хватало, чтобы моя! — не очень логично выпалил Кир и потянул кружку на себя.

Тед, не выпуская источник бодрости и энергии из рук, попытался уклониться. Стул покачнулся, и парень вскочил, чтобы не грохнуться вместе с ним.

— А-а! …!!

Кир выпустил кружку и отступил на шаг.

— М-да… — только и сказал Тед, никак не комментируя неожиданные лексические познания соседа. Кофе выплеснулся на форменную бежевую рубашку Кира, и теперь от воротничка и вниз расплывалось огромное коричневое пятно. Парни замерли, Тед — глядя на Кира, а Кир — в зеркальную дверцу шкафа.

— Ты не ошпарился? — неловко спросил Тед.

— Хуже, — Кир резко выдохнул. — У меня ГРОБ первой парой.

Теодор проникся окончательно. В особенности погано было то, что теперь Кир не упрекал ни словом.

— А запасная?

— А запасную я вчера отнёс в прачечную, будет готова только к вечеру, — с мрачным фатализмом пояснил Кирилл.

— Возьми мою!

— Ты шутишь или издеваешься?

Действительно, Тед был намного крупнее.

— Да не всё ли равно? Под кителем не видно. Что ты теряешь?

Однако результат был плачевный. Рукава «укоротили», закрепив канцелярскими резинками, но слишком широкий воротничок, придавленный галстуком, безобразно топорщился.

— Ладно, попытка — не пытка, — Кирилл пожал плечами. — Всё, побежал, может, ещё успею.

Тед, у которого настроение тоже упало, быстро собрался и вышел следом.

Гражданская оборона — в просторечии ГРОБ — у Теда была второй парой.

— На звено ПХЗ возлагаются следующие задачи, — Охренович внимательно оглядел аудиторию. — Разработка и осуществление мероприятий по защите населения…

Теодор скучал. Вот уж кем он не собирался становиться в этой жизни, так это командиром звена противохимической защиты.

— Курсант Лендер!

— Я! — парень подхватился с места и изобразил стойку «смирно».

— Какие простейшие средства защиты вы могли бы предложить в случае утечки хлора на предприятии?

— Закутаться в простыню и ползти… — тихий шёпот подсказки не был слышен подполковнику.

— Закутаться… — Тед вовремя сообразил, что Шуон, сидящий сзади, попросту издевается. — Виноват, товарищ подполковник. Защитить органы дыхания тканью… влажной… заделать щели окон и… и дверных проёмов… и… и… залезть на стол или шкаф, — обречённо закончил Тед.

— Почему на шкаф? — терпеливо спросил подполковник.

— Потому что хлор тяжелее воздуха, — похоронным тоном сообщил Тед. — По этой же причине необходимо избегать понижений местности…

— А что бы вы сделали, будучи начальником пункта ПХЗ? — Ахремович прищурился.

— Оповестил бы население о надвигающейся угрозе! — бодро отрапортовал Тед, обретая почву под ногами.

— И?..

— И аварийно-спасательные формирования… инженерно-технические службы… а также органы внутренних дел, — сообщил Тед.

— И?..

— И медицинские учреждения! — радостно нашёлся парень.

— Садитесь, Лендер! — подполковник с брюзгливым выражением лица сделал пометку в своём «кондуите» — пухлой пластиковой записной книжке. Электронным средствам Ахремович не доверял — то есть, не доверял полностью, считая, что хороший хакер из курсантов с лёгкостью взломает пароль, поэтому всегда дублировал свои пометки «на бумаге». — Вы хоть что-нибудь можете, кроме как на симуляторах летать?

Тед скромно промолчал, но сзади кто-то хихикнул.

— Кофе кого-нибудь перед занятиями облить…

— Ах, вот оно что! — подполковник, видно, что-то сообразил. — Значит, как товарища подставлять — так первый. Не-ет, Лендер, я бы с таким в разведку не пошёл. Кто в мирное время подведёт, на того и в бою надеяться нельзя.

Группа притихла.

— Вот, помню, на Прайме в сто третьем…

Но Тед не в состоянии был слушать очередную байку о похождениях бравого подполковника, хотя обычно такие истории любил — они позволяли отвлечься от обычной нудятины.

Он едва дотерпел до окончания пары. Дальше был сорокаминутный обеденный перерыв, а потом — матан и общая физика.

В столовой Тед взял поднос с едой и направился к любимому месту у окна, но по дороге свернул — за одним из столиков сидел Кирилл, всё ещё в тедовой рубашке. Канцелярские резинки, видимо, держали ненадёжно, потому что манжеты то и дело приходилось поправлять.

— Ну как? — озабоченно спросил Тед.

— Выгнал, — проинформировал Кирилл. — Хуже то, что я уже пропускал, помнишь — три недели назад в медпункт загремел… ну и — я хотел в пятницу отработать, а две сразу он не примет… а зачёт через неделю. Труба…

— Ну ты бы объяснил, что это я...

Кир пожал плечами.

— Я что, совсем дурак? Сам вляпался, ещё и тобой прикрываться? Нет, сказал, что сам облился… Да какая разница, ты что, Охреновича не знаешь? Сам, не сам — разговор короткий: «внешний вид не соответствует требованиям Устава по причине собственной неорганизованности курсанта», — процитировал он.

— Ага… — отрешённо откликнулся Тед и примолк, соображая. С неотработанным занятием до зачёта не допустят, отработки Охренович принимает только по пятницам, значит…

— Первый экзамен можно сдавать досрочно, тогда допускают без одного из зачётов, — напомнил он.

— Да, я помню. Но первый экзамен у нашей группы — матан, хотелось бы подготовиться получше. Это тебе не планиметрия, ту бы я хоть сейчас сдал… М-да… — Кир задумался.

— Ничего, что-нибудь придумаем! — у Теодора возникла мысль, по его мнению — гениальная, но делиться ею он не собирался.

 

***

 

Вечером он вернулся в учебный корпус и прошёл в комнату охраны. Дежурный сидел за пультом и следил за картинками с камер видеонаблюдения.

— Мне бы ключ от тренажёрки, — Теда тут уже знали, разрешение на вечерние занятия у него было, и дежурный привычно кивнул на доску с ключами.

— Только в журнале распишись. До девяти управишься?

— Да, как всегда, — Тед взял ключ от зала с симуляторами и, пользуясь тем, что охранник сидит к доске спиной, снял один из соседних. Первый пункт плана удалось осуществить даже чересчур легко. Обычно охранник выдавал ключи сам, из рук в руки, но Тед успел примелькаться.

Парень поднялся на третий этаж. Здесь наблюдение не велось. Судя по тому, что ключ от военной кафедры уже был сдан, в помещениях никого не оставалось — хотя многие преподаватели имели индивидуальные ключи от своих кабинетов, общий — открывающий двери этажа и заодно любой кабинет — был только один. Ну, может, у коменданта ещё запасной, но это было уже неважно.

Тед открыл дверь и прошёл по коридору. Учебные аудитории были по левую руку, а справа — кабинеты сотрудников кафедры. Освещение, настроенное на движение объекта, вспыхивало при его приближении и гасло за спиной. Нужная ему дверь была последней.

В кабинете было темно, Тед включил свет — вполсилы — и подсел к столу подполковника Ахремовича. Выдвинул один за другим три ящика, с геометрической аккуратностью заполненные инфокристаллами и распечатками каких-то конспектов. В среднем — у стенки — лежал десантный нож в потёртых ножнах, и Теодор, не удержавшись, вынул его до половины, глянул на лезвие и положил назад. Чувствовал он себя при этом куда большим преступником, чем при мысли о том, что он, собственно, затеял. Кондуита не было. Тед подёргал четвёртый ящик — тот был заперт.

Тед снова выдвинул поочерёдно три верхних ящика — в последнем из них у стенки обнаружился крохотный ключ, механический, и он подошёл к нижнему. Здесь лежали какие-то коробочки и крупный серовато-чёрный осколок снаряда, небрежно брошенный в плоскую жестянку от саморазогревающихся консервов — перловка с мясом, такие на родной планете Теда выпускали для армии. А в глубине ящика был он — кондуит.

Тед аккуратно достал пухлую книжечку и пролистнул страницы. Да, точно — каждая была разграфлена, вверху стоял номер учебной группы, слева в колонку — фамилии курсантов, сверху — даты над каждой колонкой. Тед нашёл учебную группу 105 и фамилию Кирилла — там, помимо сегодняшнего, был только один пропуск, и парень поставил в нём плюс автоматическим стилосом, лежащим тут же на столе. Потом аккуратно, чувствуя себя не в своей тарелке — по-прежнему не от проделки, а от того, во что она только что внезапно вылилась — сложил всё на место и запер ящик.

Теперь можно было уходить, но Теда посетила ещё одна идея. Вообще-то это уже было лишним, но…

Парень коснулся сенсора, и терминал Ахремовича ожил. Теперь — найти иконку электронной базы Академии и надеяться, что, заканчивая занятие, подполковник не выходит из системы.

Как бы не так…

— Пожалуйста, введите логин и пароль, — обезличенно-равнодушный женский голос нисколько не походил на те звуковые «обои», которые ставили себе многие курсанты.

С логином проблем не было, AS — и дальше фамилия пользователя латиницей. А вот пароль… Затея всё больше попахивала безумием — за этим надо было бы обращаться к Виолетте, но ведь ей ещё придётся объяснять, зачем…

Обычно пароль в виде случайного набора букв и цифр выдавался индивидуально каждому пользователю системы, но запомнить его бывало затруднительно, и многие меняли бессмысленное сочетание значков на что-то своё. У Теда было — PILOT_MANKS. А что у подполковника? Название памятной высотки? Имя погибшего друга? Теодору стало не по себе — всё это действительно выходило уже за рамки безобидной проделки.

Тед пошарил взглядом вокруг — никаких записей «на память» на стене или белом табло, висящем слева от стола. Только фотография четверых парней в десантных чёрных комбезах с надписью: «Прайм2103». Что же может быть?..

Парень навёл курсор на нужное окошко и решительно ввёл слово «Прайм».

— Неправильное имя пользователя или пароль, — выдал безликий голос.

Тед подумал и набрал то же самое латиницей.

— Неправильное имя пользователя или пароль. У вас осталась одна попытка. В случае неудачи система будет заблокирована, — сообщил голос.

Тут бы и отступиться — Виолетта справится лучше, но Теда уже несло. Он помедлил пару секунд и быстро вбил: «Прайм2103».

— Соединение устанавливается, — сообщил компьютер.

Тед выдохнул.

Остался сущий пустяк — теперь только отметить в электронном журнале отработку Кира, и можно выходить.

Тед тщательно уничтожил малейшие следы своего присутствия и вышел, заперев поочерёдно сначала одну, потом другую дверь.

Он спустился по лестнице на один этаж и прошёл в зал с симуляторами — не следовало выходить из здания слишком быстро, чтобы не возбудить подозрения охранника.

Через полчаса он снова подошёл к комнате охраны.

— Брось ключ на стол, я сам повешу, — на этот раз охранник смотрел какой-то сериал. На экране двое ксеносов с крутыми пушками деловито обыскивали трупы, перебрасываясь короткими фразами. На квадратики картинок с камер, впрочем, охранник тоже косился. Тед к нарушению должностной инструкции отнёсся не просто с пониманием — очумеешь тут! — но и с полным одобрением.

— Да я повешу, ничего, — небрежно произнёс он, возвращая оба ключа на место.

— Хорошо, — дежурный кивнул.

 

***

 

Кирилл, как всегда, сосредоточенно писал конспект, и Тед, подойдя поближе, помахал рукой перед его глазами. Кир стянул наушники и выжидательно уставился на соседа.

— Всё в порядке, — с деланной небрежностью заявил тот.

— Что в порядке? — не понял Кир.

— Ну… У Охреновича в кондуите стоит твоя отработка за то занятие. Ну, трёхнедельной давности, — и, видя требовательно-серьёзные глаза приятеля, выложил всё. Вкратце, без излишних подробностей.

Кир откинулся на спинку стула и присвистнул.

— Ну…

И замолчал.

— Что «ну»?

Кир молчал.

— Кир, да что с тобой? Всё путём, слышишь? В пятницу ты отработаешь последний пропуск, и — вперёд, поехали! Можешь сдавать зачёт.

— Тед, да ведь это подлог документов, — с расстановкой, как маленькому, объяснил Кир.

— Какой ещё подлог… всего-то крестик поставить!

— А как же Устав?

— А что Устав?

— Ну… курсант, которому стало известно о нарушениях дисциплины либо обмане, должен доложить об этом…

— Иными словами, ты донесёшь? — непримиримо рявкнул Тед. — Да у нас в школе за такое морды били! Кир, ты что, с дуба рухнул? У тебя больше нет лишней отработки, понимаешь?

Кир помолчал.

— У нас тоже, — тихо сказал он. — Били морды, я имею в виду. И ещё в Уставе записано, что каждый обязан всеми силами помогать товарищам…

— Да что ты заладил — Устав, Устав… Ну… и что ты сделаешь? — Тед устало опустился на свою койку.

Кирилл снова помолчал, потом задумчиво пробормотал:

— Этический конфликт…

И, спустя ещё несколько секунд, добавил:

— Да не в Уставе дело… Просто совесть грызёт. Пойми, дурила — ну, сдал бы я этот зачёт позже, не в срок… сессию бы всё равно не завалил. А вот так вот…

— Какая ещё совесть? — Теда тоже что-то грызло, непонятно, что.

— Ну… какая-какая… как я тебе объясню, что такое то, чего у тебя сроду не было, — несколько саркастически отозвался Кир. — Эх, Тед… ну что ты за дурак…

— Так что ты будешь делать всё-таки? — сердито спросил Теодор.

— Да ничего… только ты больше так не делай, ладно?

— Ладно, — буркнул Тед и направился к кофе-машине, чтобы не смотреть на Кира.

И, уже наливая кофе, услышал:

— А летать с тобой, наверное, здорово…

 academia1

 

Глава шестая. Летать — так летать

 

6glava  — А теперь — раз-во-ро-от…

Тед, как и обещал, натаскивал Кира на симуляторе. Точнее, устроил виртуальные гонки на виртуальных же катерах. Они сидели в соседних кабинах и переговаривались по внутренней связи.

— Ну вот куда ты… Ах ты ж!... Вытягивай! На себя!

— Эх, — сказал в наушниках голос Кира.

— Не «эх», а «эх, ты», — сердито уточнил Теодор. — Ещё?

На экране перед его глазами дымились обломки Кирова катера.

— Нет, хватит. Мне ещё историю повторять.

— А у меня завтра пилотирование, так что я, можно сказать, готовлюсь.

Речь шла о завтрашних зачётах.

— Ты к этому делу всё время готовишься, — добродушно поддразнил Кир. — Или не к этому? Сессия же! Я вчера в два лёг, а тебя ещё где-то носило…

— Не-ет, вчера было другое, — мечтательно протянул будущий пилот.

— Ну, завтра у тебя зачёт не по «другому». Ну отоспись ты хоть ночь, будь человеком! С недосыпу скорость реакции падает.

— Ты как любящий… братец, — отозвался Тед. — Да что там сложного, взлёт-посадка, ну и ещё по мелочи…

— Ну извини. У меня дома и правда младшие есть. Привычка.

— У меня дома тоже… сестрёнка… Эх! Но я же тебя не опекаю! — спохватился Тед.

— Ещё чего! — они по-прежнему не видели друг друга, но ясно было, что Кир прищурился и набычился.

— Вот и я говорю — ещё чего!

— А я говорю — извини!

— Да проехали уже...

Двое парней, стаскивая шлемы, выбрались из кабин симуляторов.

В общежитии вахтёр кивнул обоим, а у Теда спросил:

— Ну как, получается?

— Ага, — Теодор улыбнулся. На этот раз речь шла о любимом ломике. Ещё в первые дни, узрев результаты побоища, дядька предложил «кое-что показать, на всякий случай».

— Будет время — подгребай.

— Ладно!

На следующий день, после обязательного в таких случаях формального медосмотра, Тед почти бегом влетел в толпу одногруппников. Все были здесь — девять парней, Хахтанг, Аанден и Сэл Бейкер. Тед за руку поздоровался с Хахтангом, ткнул в плечо кулаком Онгоя, улыбнулся Сэл и огляделся по сторонам. Чуть поодаль, не смешиваясь с курсантами, стояла группа инструкторов. Последний катер выкатился из ангара и занял своё место в шеренге.

— По машинам, — скомандовал Сенебье, начальник группы планирования полетов, лично принимавший сегодня зачёт, и прошёл к диспетчерской вышке.

Тед занял своё место, плотно прикрыв люк и повернув ручку, в соседнее кресло опустился Вяйно Аалтонен. Короткий металлический трап с тонким скрежетом втянулся в паз, и Аалтонен флегматично проследил за тем, как красный огонёк индикатора сменяется зелёным — теперь машина была готова к взлёту.

Катера стартовали с полутораминутным интервалом. В ожидании своей очереди Тед вывел на небольшой экран своё полётное задание и быстро просмотрел.

— Ну что, курсант, покажите класс, — добродушно произнёс инструктор, активируя ремни безопасности. — Хоть посмотрю на нормальный полёт.

Тед тоже коснулся сенсора ремней, подогнал их, чуть ослабляя, и почти не глядя тронул кнопку связи.

— Борт 133527, запрашиваю разрешения на взлёт.

— Борт 133527, взлёт разрешаю, — отозвался динамик голосом Сенебье.

Тед мягко поднял машину в воздух. Задание было простым, и за истекший месяц он отрабатывал его элементы не один десяток раз. Инструктор откинулся на спинку кресла и приготовился наблюдать.

Тед проделал всё то, что было предписано — в нужной точке развернулся на сорок шесть градусов, сделал круг в обозначенном месте, две небольшие горки, ещё один разворот. С каждой минутой он чувствовал всё больший подъём. Аалтонен, вначале одобрительно кивавший, расслабился окончательно и даже слегка улыбался.

Задание было выполнено, оставалась только посадка.

— Борт 133527, запрашиваю разрешения на посадку.

— Борт 133527, посадку не разрешаю. Займите место А-12 и ожидайте разрешения.

Тед занял указанное место на положенной высоте. Один из учебных катеров аккуратно снижался по плавной дуге — Тед не видел, кто это, но, скорее всего, Аанден. Машина на секунду по-стрекозиному зависла над покрытием поля и коснулась посадочной площадки почти в центре разметки.

— Неплохо, — пробормотал про себя инструктор, тоже наблюдавший за катером. Тед прищурился. Машина Аанден тем временем пробежала по полю, откатилась в шеренгу, занимая своё место, и встала.

На этот раз инструктор ничего не сказал, но кивнул почти энергично.

— Борт 133527, посадку разрешаю.

— Давайте, курсант, — инструктор снова кивнул. Тед видел его боковым зрением, и даже чуть повернул голову — на лице Аалтонена было предвкушение, и он снова откинулся на спинку.

Своё место Тед видел очень ясно — промежуток в уже почти полной шеренге. Следовало приземлиться в центре разметки в пятидесяти метрах правее и затем вкатиться в строй. Но это значило просто повторить результат Аанден. Уступать девчонке, пусть и альфианской, он не собирался. Тед почувствовал не просто подъём — настоящее вдохновение.

Нет уж, показывать класс — так показывать!

Он начал снижение, плавно, но стремительно, нацеливаясь прямо на пустующее место.

Скорость была несколько выше, чем требовалось, но затормозить он успеет. Главное, чтобы управление не перехватил инструктор. По счастью, начало предписанной траектории почти совпадало с той, что требовалась для замысла, но теперь Тед забирал на несколько градусов левее.

Покрытие поля и шеренга катеров приближались.

В ту секунду, когда, как было задумано, следовало бросить машину вертикально вниз и затормозить у самой поверхности, он понял, что инерция тяжёлого аппарата слишком велика.

Катер занесло вбок, и он с грацией даже не слона — ввиду несовпадения габаритов — а вымершего бронтозавра плавно впечатался в соседний, придавливая его своей тушей.

Долгие полсекунды после первого толчка ничего не происходило. Потом катер начал заваливаться, Теда швырнуло вбок, вдавило в ремни, что-то хлопнуло, и упругая масса с силой впечаталась в лицо и грудь, притискивая к спинке сидения. Катер в последний раз вздрогнул и замер.

Инструктор произнёс короткое, но ёмкое слово, а затем разразился речью, не вполне внятной из-за отстрелившихся подушек безопасности. Тед слушал с тем напряжённым вниманием, о каком, должно быть, и не мечтают великие трагики сцены. В речи причудливо сочетались интерлингва, финский, русский и центаврианский, а цензурными были только предлоги «к», «на» и «в». Через три минуты тирада закончилась. Видимо, это был разбор полёта.

— Вопросы есть? — лязгнул инструктор.

— Н-нет, — кротко сказал Тед.

— Тогда попробуй открыть люк с твоей стороны.

Но люк прочно заклинило.

— Аварийный, — скомандовал инструктор.

Тед убрал ремни и ужом вывернулся из-под подушки безопасности, дотягиваясь до аварийного люка. С минуту казалось, что заклинило и его, нажимать на рычаг было неудобно, проклятущая подушка мешала, но затем что-то скрежетнуло, и в кабину проник зимний ветер. Тед боком протиснулся в щель и спрыгнул вниз. Более плотному инструктору понадобилось отжать крышку сильнее, но в конце концов он тоже оказался снаружи. Для только что пережившего аварию он выглядел на удивление владеющим собой.

— За матушку извини, — сухо произнёс он. — Но остальное готов повторить ещё раз.

Тед, которого только сейчас начало потряхивать от осознания всего ужаса положения, лишь стиснул зубы. Как он потом объяснял друзьям — чтобы не ляпнуть: «Разрешите законспектировать».

 

***

Приказ по Академии №_ 1638

"О создании аварийной ситуации и причинении материального ущерба."

12 декабря 2128 года курсант 1 курса Факультета пилотирования и навигации Лётной Академии Т. Лендер по собственной неорганизованности вопреки полученному полётному заданию и принятой инструкции предпринял несанкционированную попытку произвести посадку учебного катера МКО-11 бортовой номер 133527 вне штатной посадочной площадки. Объективные причины, препятствовавшие посадке катера в предписанное планом полёта место, отсутствовали. Вследствие этого два катера получили повреждения, о чём составлена соответствующая докладная записка. Был сорван график тренировочных полётов.

На основании вышеизложенного, руководствуясь Уставом Академии, а именно пунктами 145 а и 145 б, принимая во внимание небольшой объём повреждений и отсутствие человеческих жертв, а также положительную характеристику, выданную Т. Лендеру куратором курса,

ПРИКАЗЫВАЮ:

1. ОБЪЯВИТЬ курсанту Т. Лендеру строгий выговор с предупреждением с занесением в личное дело.

2.РАЗРЕШИТЬ курсанту Т. Лендеру пересдачу зачёта по пилотированию малых орбитальных катеров МКО-11.

3. За грубое нарушение дисциплины независимо от результатов сдачи сессии ЛИШИТЬ курсанта Т. Лендера стипендии на протяжении второго семестра.

 

Декан факультета пилотирования и навигации

пилот Космофлота I класса ________________________ А. К. Саякин.

С приказом ознакомлен ___________________________Т. Лендер

 

КОНЕЦ ПЕРВОГО СЕМЕСТРА

academia1

 

Продолжение:Академия. Второй семестр

 

 

e-max.it: your social media marketing partner

Добавить комментарий

Уважаемые комментаторы!

Просим придерживаться правил цивилизованного общения, то есть:

- не переходить на личности, обсуждать текст и персонажей, а не автора/читателя;

- не изображать из себя «звезду» во избежание конфуза;

- не советовать членам администрации сайта, как им выполнять свою работу;

- отдельно — избегать оскорблять гипотетических читателей, членов администрации, сайт, авторов;

- прислушиваться к словам модератора: он приходит, когда есть весомая причина.

Комментарии   

 
# Tobereckless 02.11.2017 11:28
Громадное спасибо за это великолепие! Громыко хороша, но ждать новой книги по циклу, порой, нет мочи. А тут Тед с опорой на все деталички, упомянутые в олухах ! Супер!
В комментах прочла, что есть истории по слухам еще? Где можно найти????
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
# Fitomorfolog_t 02.11.2017 15:43
Спасибо за комментарий )) Рада, что понравилось.
Кое-что есть тут:
ficwriter.info/.../...
ficwriter.info/.../...
ficwriter.info/.../...
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
+1 # Amidas 11.08.2017 14:22
Комментарий по игре "ты - мне, я - тебе"
Что ж, давно приглядывалась к сему произведению, но вот решилась прочитать.
Первое, что хочется отметить - прочиталось легко и без особого напряга. В принципе, если убрать ксеносов и летательные аппараты, то ничем это не будет отличаться от обычной студенческой жизни. Но это скорее вопросы к автору канона, нежели к автору сего произведения.
Но тем не менее, мне понравились показанные образы, невзрачные, но, вместе с тем, выразительные отличия людей от ксеносов.
Понравились истории взаимоотношения Теда и Кира - они, как две противоположности. Один бессовестный и привыкший идти напролом, надеясь на авось. Второй - совестливый, честный и чтущий правила человек. да, они совместимы, поскольку их взгляды на жизнь разные, потому многие конфликты будут гаситься именно за счёт этого. Поскольку, что один, что другой, будут признавать правоту друг друга. Как и вышло в подлоге у преподавателя. С одной стороны Киру теперь на надо мучиться и сдавать экзамены позже, с другой стороны - так делать нельзя.
Но я опять же вспоминаю истории подводников От Овечкина, где они, чтобы не заводить новые журналы отработки, просто замазывали корректором старые даты и выводили новые. Поскольку темы не меняются, время отработок тоже не меняется, меняются лишь года. И на это никто внимания не обращал, поскольку все так делают при докладах высшему начальству))))
А вот то, что Тед не усмирил свою гордыню - это плохо. Одно дело - действия на симуляторе. там компьютер выдаёт идеальные условия, пусть там и можно запрограммировать погодные и световые условия. Но "живая" машина - это совсем другое. Неизвестно, как она может себя повести. там может быть что-то не так привинчено, прикручено или вовсе что-то работать дыша на ладан.
Вот и поплатился за свою гордыню выговором с занесением в личное дело. А заодно и лишением стипендии. Я бы на месте руководства поступила бы так же. такой пилот слишком подвержен импульсивные желаниям. А значит, опасен для окружающих. мало того, что себя чуть не угробил, так и инструктора тоже. От такого поведения лечить гуманными методами нельзя.

Хотелось бы получить твои комментарии на это произведение ficwriter.info/.../.... Я сейчас его перерабатываю и переливаю заново. А то просила уже двух людей. Никто так до конца и не прочёл)))
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
# Fitomorfolog_t 12.08.2017 11:22
Спасибо за комментарий, Ами!
Ответный комментарий обязательно напишу: уже прочла и сделала пометки )) И вообще со всеми долгами постараюсь разобраться как можно скорее ))
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
# Amidas 12.08.2017 13:26
Спасибо большое. Я со своей стороны, естественно, докоменчу это произведение. Очень хорошая калька со студенческой жизни получилась.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
+1 # Amaretto 01.07.2016 22:21
Комментарий по игре "Ты - мне, я - тебе"

Привет))

Итак, с Тедом я уже знакома благодаря твоим другим фанфикам, помню-помню его школьные годы) И здесь так же, как и в других работах, незнание канона не мешает читать и понимать историю.
Порядки в Академии строгие, ничего не скажешь - с вкраплениями чего-то военного. Хорошо показаны разные характеры курсантов на фоне их учебного заведения: у каждого свои преимущества и недостатки, есть непонимания и дружба. Жизнь студенческая))

Мне понравилось, что читается легко и просто, персонажи кажутся читателю очень близкими. Хотя и здесь совершенно неизвестное заведение, да и сам мир - с множеством особенностей и мелочей, которые нам не понятны, все воспринимается удивительно легко. События кажутся закономерными, ясными, словно сам учишься в такой академии и все это известно и привычно.

Тед и Кир - действительно противоположности. И да, психологически дополняют друг друга. За их взаимодействием любопытно наблюдать, как и за вызовами, с которыми ребятам приходится сталкиваться. Взять хоть, к примеру, случай с музыкой или вмешательством в записи преподавателя. Как они по-разному смотрят на ситуации.

Порадовало достаточное количество деталей, а также наличие подробностей, описаний или объяснений только в нужных местах, так, чтобы эти пояснения не мешали следить за сюжетом. Речь персонажей привлекла особое внимание: причудливые словечки, студенческий сленг, манера разговаривать - все это хорошо проработано, поэтому диалоги яркие, создают живую картинку.

По ходу чтения я все ждала какого-нибудь подвоха в событиях. Вроде и с девушкой у Теда все хорошо, и дружба с соседом отличная, даже "н"-ку исправил незаметно, не попался. И мне это казалось подозрительным, ибо не может быть все замечательно. Но тут подоспела к последней главе о первом семестре... Вот и проблема, и провал, и облом! В общем, феноменальное завершение части, которое не дает любопытству читателя угаснуть))

Я не совсем разобралась в особенностях с документами и кабинетами в прологе: какая все же система там была? Заявление пишется на планшете, но выдаются талончики в столовую (может, лучше одну карту - а в базе данных будет отмечаться количество использований?), и в уставе уже, выходит, понадобилась не электронная подпись, а вручную. Вот теперь любопытно стало, как они писали? Упоминаются конспекты, но насколько я поняла, не на бумаге делались? Тогда вопрос: были ли ручка у Теда с собой (при подаче документов), если на то время уже ими не пользовались? Это, пожалуй, единственная мелкая деталь из всего текста, в которой без знания канона не разобраться)))

Несколько тапков:

Голубоватое солнце стояло совсем невысоко, но тем не менее пригревало - "но" и "тем не менее" похожи ролями, так что тут "но" лучше убрать.

как что-то пронеслось мимо уха, сзади оказались ещё четверо, и всё смешалось.. - две точки вместо трех.

— Впрочем, черепномозговые травмы не мешают ему быть известным специалистом в области аэродинамики - черепно-мозговые.

Выглядела она и правда замечательно — в непривычно-открытом коротком блестящем платье - а здесь должно быть написание раздельное, без дефиса.

Удачи и вдохновения!

Мне очень интересно узнать твое мнение об этом рассказе: ficwriter.info/.../...
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
# Fitomorfolog_t 03.07.2016 21:05
Спасибо! Я рада, что понравилось ))
Про документы - тут я знаю, что выглядит неувязкой. Сейчас всё больше и больше люди делают в электронном формате: документы, тексты - да что угодно. Поэтому кажется, что тенденция очевидна - со временем писать лапками уже и не будут ))) Но - можно считать это моим ИМХО - в обучении и так уже заметен перекос, который не всегда полезен: последствия этого перекоса я вижу регулярно. И вот мне очень-очень хочется надеяться, что такой перекос хотя бы не зайдёт слишком далеко. Написание конспектов лапками сильно отличается от "сборки" текстов путём копипаста из учебников - там обучающей функции фактически нет вообще; вот почему я оставила в Академии написание конспектов. С другой стороны, воспоминания о конспектах по предметам, не имеющим прямого отношения к специальности, ввергают меня в состояние своеобразной извращённой ностальгии :lol:

Ответный комментарий обязательно напишу )))
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
+1 # Thinnad 17.04.2016 23:00
Я совершенно не знаю фэндома, но если честно, и не помнил о фэндомности всю дорогу. Читал с интересом и удовольствием, всё тут на местах: и атмосфера студенческих будней, и юморок, и безбашенность, и характеры, и образность - просто очень качественное и интересное произведение. По каждой главе можно написать сценарий серии и снять отличный студенческо-фантасти ческий сериал.
Замечательный охламон Тед, серьёзный дипломатичный Кир, умница и красавица Сэл, загадочные Ви, Аанден - да каждый персонаж на своём месте, имеет характер и облик, описанные точно, коротко и внутри сюжета так, что их видишь.
Это произведение можно просто скачать в электронку и читать, как добротный фантастический роман.
Понравилось, как ты стараешься придерживаться единообразия в названиях глав. Оформление с вступительной и финальной картинками - здоровское! Как приятно, когда автор «сервирует» конфеточку так, что сердце радуется! Сразу чувствуешь себя любимым читателем! Спасибо!
Не хватает, правда, пустых строк между сценок, чтобы было ну вообще идеально!
Например перед словами:
«Территория Академии была гораздо больше»
«Дома, примыкавшие к академическому комплексу»
«Парни вышли из магазинчика и свернули налево»


Ошибки не искал особо, пара мелко-тапков попались совершенно случайно.

«Парень хмыкнул, растянул рот до ушей, ехидно сощурился и поднялся по ступеням» - постарайся, чтобы в одном предложении было не больше трёх единообразных членов предложения. Это не ошибка, а тонкость :)

тут италик у тебя тэгами, хотя дальше нормально:
«в < i >таком< / i> »

«Плотный, круглолицый, со слега вздёрнутым носом и голубыми глазами. Тед был слегка разочарован» - «слегка» - повтор

А вообще здорово. Несколько раз я останавливался и говорил: «вот да!» Например:
«Как именно девушки добиваются подобного эффекта, было выше разумения обычного среднестатистическог о обладателя игрек-хромосомы» - вот да! Я, кстати, всегда этому удивлялся. А ведь даже на старинных фото у девушек бывают именно такие кудри, то есть секрет девичьих волос хранится тщательно и давно.

А в некоторых ситуациях улыбался))))
«И что, вы за полтора месяца не нашли никого, кто смог бы вам помочь?» :sarkasm - от дурник
«Ну а если у нас ничего не сломается?
— Тогда тем более зови меня, — с энтузиазмом предложил парень. — Я это исправлю»
:lol: :lol: :lol:

Ещё обрати внимание: у тебя «Прайм2103», но «Прайм103» в пароле.

Буду читать дальше, ага.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
+1 # Fitomorfolog_t 18.04.2016 08:33
Тин, спасибо за такой замечательный комментарий! Вот прихожу на сайт - а тут такой подарок ))
Тапки словила, и за них тоже спасибо (а за тонкость - отдельное!) Оформление поправлю.

Эта повесть у меня - "долгострой", писалась она почти два года, и поэтому я волновалась, принеся её сюда (и продолжаю волноваться): первые главы написаны давно, возможно, я тогда умела меньше, чем сейчас; последние - кусками: что-то давно, что-то недавно; не "поплыл" ли текст, и удалось ли состыковать все кусочки. Удалось ли соблюсти единство. Удалось ли "вытянуть". Поэтому я с нетерпением буду ждать дальнейших замечаний. Но пока ты меня успокоил ))

Так что можно наконец подумать о других "хвостах" и радоваться, что их становится меньше ))
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 

pechenka 0Пожертвовать на развитие сайта

Личный кабинет



Вы не авторизованы.

Поиск

trout rvmptrout rvmp

Новое на форуме

  • Нет сообщений для показа